Проклятый демон

Ксардас винил самозваного божка в том, что процесс сотворения магического барьера вышел из-под контроля, и маги на много лет оказались заперты под ним вместе с каторжниками.

Однажды Ксардас покинул башню и прихватил меня с собой. Мы затаились возле одной из троп в населённой орками части долины. Поначалу я никак не мог понять, что задумал некромант. Всё разъяснилось, когда на тропе появился молодой орочий воин, который спешил куда-то с целеустремлённым и озабоченным видом.

— Возьми его! — приказал мне Ксардас.

Волей-неволей пришлось выполнять приказ некроманта. Я налетел на орка сзади, сбил с ног, отшвырнул в сторону топор, который он успел выхватить, но выронил при ударе о землю.

— Брок знал, что тебе нельзя верить, демон! — прохрипел орк, как только понял, кто на него напал.

Вот так дела! Старый знакомый.

К нам неторопливо приблизился Ксардас, небрежным жестом вызвал обездвиживающее заклинание и приказал мне:

— Подними его на ноги, и идём!

Я повиновался и втащил Брока в портал вслед за некромантом.

Вернувшись в башню, мы направились в помещение, где я обитал. Там Ксардас снял с Брока заклинание и приступил к допросу. В средствах он не стеснялся.

Поймите меня правильно. Я — безжалостный демон из Чертогов Тьмы, где правит сам Владыка Хаоса Белиар. За долгие века своего существования мне довилось повидать всякое. Но таких жестоких и изощрённых пыток, каким подверг этот благообразный с виду пожилой человек несчастного орка, я прежде не мог себе и представить.

Брок ревел, хрипел и скулил, то и дело впадая в забытьё. Но некромант снова и снова приводил его в чувство, задавая на языке орков одни и те же вопросы о Крушаке, его подземном храме, шаманах и многом другом. Особенно заинтересовало Ксардаса орочье предание о некоем Священном Враге, избраннике светлых богов, который должен явиться в этот мир и одолеть орков в последней войне.

Молодой воин поначалу сопротивлялся, но затем начал выкладывать всё, что требовал от него Ксардас, умоляя лишь об одном — убить его поскорее.

Я поймал себя на мысли, что тоже мечтаю убить. Но не Брока, а проклятого старикашку. Больше всего ужасало то, что некромант не испытывал к орку ненависти, не наслаждался его страданиями, а деловито трудился, следуя одному ему известной изуверской методе. Точно так же методично он делал выписки из толстых фолиантов в своей библиотеке или смешивал зелья в алхимической лаборатории.