Не дареный подарок. Морра

А я, по своей рагровской наивности, на первом же занятии попыталась качать права, задавать глупые вопросы и, как утверждал сам профессор, «строить из себя специалиста», за что теперь и огребала почти каждую пару.

На самом деле права я не качала, а все мои глупые вопросы были очень умными, потому что я, в отличие от профессора, ничего не смыслила в травничестве, но лекарственные растения знала неплохо, всю жизнь полагаясь в выборе нужных мне трав на обоняние и интуицию, которая у нечисти, как правило, очень хорошо развита.

— Я могу узнать, чем вы занимаетесь?! — не сбавляя громкости, поинтересовался Талэни. От его голоса стекла в оконных рамах дрожали, потревоженные сокрушительной силой звука, таящегося в столь тщедушном создании.

— Слушаю лекцию.

— Прекрасно! — Если судить по покрасневшей морде его лица, ничего прекрасного он не видел и нагло врал. Нагло и очень громко. — В таком случае будьте любезны, повторите, что я только что сказал?

— Э-э-э... что вся ценность девясила заключается в корне и корневище, и что лепестки его цветков, которые некоторые лекари добавляют в настои, не имеют никакой лекарственной силы и призваны лишь придать отвару привлекательный вид, а в большом количестве являются даже опасными для здоровья.

— Достаточно, — отмахнулся он от меня, немного успокоившись и возвращаясь к лекции.

И все-таки, люди очень несчастные создания! Очередное подтверждение этому я получила после пары, в коридоре.

— Морра! — Ная, будто бы караулившая под дверью аудитории, была, как всегда, очень рада меня видеть.

Ная была слишком бесцеремонной, чтобы обращать внимание на чужое недовольство. К сожалению, ее нельзя изменить, с ней можно только смириться. И я смиренно встретила и ее объятия, и громкий смех над моим ухом. И собиралась выдержать еще многое.

— Ты же одна живешь?

— Ну... — Меня прекратили тискать и потащили по коридору, крепко держа за руку. Ладонь у нее была горячей, пальцы сильными, а хватка костедробильной.

— Тогда я поживу у тебя недельку?

— Что?

— У вас же комнаты на двух студентов рассчитаны, — бойко заговорила она. — Вторая кровать у тебя есть, но соседки нет, а мне нужно на недельку, максимум на две, переселиться куда-нибудь из своей комнаты.

— Зачем?

Теперь-то я поняла, что тащили меня в общежитие, не давая возможности отказать или сбежать.

— Один гад мне дверь зачаровал. Теперь без боя ни в комнату не попасть, ни выбраться из нее.