Не дареный подарок. Морра

— Напал, — призналась я, горя желанием прямо сейчас бежать к директору и жаловаться. — если бы не Кадай, сейчас бы твой Талас меня уже доедал.

Кадай отрыгнул крачитта, исключительно чтобы высказать свое авторитетное мнение:

— Гадость редкос-с-стная, — прошипел он, посмотрел на мокрую, недопроглоченную нечисть и выдал уже Нарге: — Дурак ты, парень. А эту мерзость я бы не обратно в леса отправил, а прикопал где-нибудь.

Потыкав крачитта хвостом, Кадай брезгливо скривился.

Я была с ним полностью согласна, вот только правила для всех были одинаковыми, и не прижившуюся нечисть возвращали в естественную среду ее обитания.

Дурацкие правила.

Глава четвертая. Отрезательная

— Ну, куда ты? — грустно спросила Ная, растянувшись на моей кровати, пока я металась от шкафа к сумке, забрасывая в нее вещи. Не разбирая, что именно кидаю, просто создавая видимость сборов, чтобы в лучших конспиративных традициях оставить все Арранушу и отправиться в горы с дорогим хозяином.

— Домой, — даже не соврала я.

Горы действительно были моим домом: я там родилась и выросла.

А то, что Ная посчитала, будто я отправляюсь в дикую деревеньку, расположенную в лесах, из которой меня (какая неожиданность) Аррануш и привез в академию, это уже исключительно ее личные заблуждения.

— Морра, — тоскливо протянула она, — оставайся лучше тут, а? Я в этом году домой не еду. Я тебе город покажу. Я тебе все покажу. Я тебе такое покажу, что Илис ни за что не показал бы.

На мгновение замерев у шкафа, заинтригованная ее словами, я бросила быстрый взгляд за окно, где в предрассветном полумраке кружились редкие снежинки.

Увидеть то, что мне никогда не покажет дорогой хозяин, очень хотелось, но горы же... В себя я пришла быстро и закинула последний свитер в сумку, решительно ее застегнув.

— Прости, но нет.

Быть может, я бы и посмотрела на то, что она хочет мне показать, но возможность наконец-то побыть просто рагрой оказалась слишком заманчивой.

Печальный взгляд оборотницы я проигнорировала. Просто не было времени быть чуткой, хотя с каждым днем мне все лучше удавалось правильно реагировать на человеческие эмоции.

— Морра... — простонала она, протягивая ко мне руку, — я тут загнусь со скуки.

Сумка, которую я уже закинула на плечо, полетела обратно на кровать. Уйти просто не получалось. Ная вообще не любила, когда просто.

— Крепись, — велела я, неловко склонившись к ней. Смазанный поцелуй в макушку был признан мною героическим поступком. — Через две недели вернусь.