Война за ведьмино наследство (2 часть)

К счастью, по многозначительному молчанию пацаны мигом догадались, что пострадают отцовские счета и соответственно их личные карманные средства.

Рисковать талерами никому не хотелось.

Проследив за ловлей и последующей упаковкой пестрой куры, я проводила мальчишек до калитки и вперила осуждающий взгляд в Холда.

– Что? – возмутился он. – Это ведь была не моя домашка по химии.

– Ты потворствовал! – припечатала я, намереваясь обойти накачанного блондина и громко хлопнуть дверью в дом.

Но бригадир не дал.

«Разыскивается квартирант с внешностью Аполлона…»

– Где ты его взял! – возмутилась я, делая попытку выхватить труд всего дня.

– Сорвал с дерева, – не постеснялся признаться собеседник и выдал потрясающее по своей глупости предложение:

– Готов снять комнату наверху.

Я стала первой в истории хозяйкой жилплощади, которая расхохоталась при виде кандидатуры на роль жильца.

К чести Холда, он спокойно переждал приступ гомерического хохота. Тыканье пальцем и мои истеричные похрюкивания он тоже снес, а вот на вполне невинной фразе:

– Да какой из тебя Аполлон? У тебя даже пресса нет! – Терпение оставило бригадира.

– Как это нет?! – возмутился он, дергая край футболки.

Хорошо, что с криком «за воздушно-десантный полк» не стал ее на себе рвать. Так, просто задрал до подбородка, выставляя на обозрение телеса.

– Ну и вот что это? – разозлилась уже я, протягивая руку и с трудом, но все-таки нащупывая тонюсенькую складочку.

– Где кубики? Где, я спрашиваю, твои восемь кубиков!

– Я просто не наращивал рельеф специально! – принялся оправдываться бригадир, пристыженно опуская край футболки.

– Вот как накачаете, господин Холд, вот тогда и приходите, – глумливо выдала я, вновь возвращаясь к официозу с «вы», и поскорее прошмыгнула мимо опешившего мужчины в дом.

Стряхнув с ног обувь, я украдкой из окошечка полюбовалась видом матерящегося блондина, бредущего в сторону вагончика. Рабочие при виде его зверской физиономии поспешно прятались за строительный инвентарь, и даже солнце не осмеливалось жарить, как раньше, и схоронилось за набежавшую тучку.

Стресс и ссора вызвали во мне просто зверский голод. Взяв в руки сковороду, я склонилась над старенькой плиткой, пробуждая бытовую магию.