От судьбы не убежать

Любава та – страховыдрина, каких поискать, зато гонору и спеси, будто она Елена Прекрасная. И это без макияжа. А при полном параде, вообще, нечто. Папа рассказывал, что есть далеко на юге дикое племя, так их вождь перед выходом на тропу войны, лицо разноцветными красками расписывает, чтобы враги от одного его вида разбегались. Так вот, Любку накрашенную даже этот самый вождь испугался бы.

– А это случаем не та, которая с черногорским князем сбежала? – уточняю я, а то мало ли.

– Та, но она не сбежала.

Ее он увез против воли.

– Это официальная версия, – ехидно протянула я. – А на самом деле...

– А на самом деле, кто там скажет, как все было?

– Тетя, я, конечно, знала, что твой Дурак – дурак, но не думала, что настолько.

– Да кто ж думал? Весь в отца пошел. Богатырь. Сила есть – ума не надо. Ив, ну помоги ты ему.

– Как? Как я ему помогу? Это же безнадежный случай. Если мозгами обделен с рождения, то ничем никто уже не поможет. Тетя, во что ты меня втравливаешь? Князь же по рассказам очевидцев, мало того, что молодой энергичный правитель, интеллектом не обделенный, так еще и маг, неотягощенный моральными принципами.

Да он меня в порошок сотрет.

– Не сотрет. Ведьма ты или кто?

– Так ты тоже ведьма.

– Ива, и как это будет выглядеть? Иван-Царевич с матушкой едет невесту из беды выручать. Издеваешься. После такого над нами все соседние государства еще двести лет потешаться будут. А так… Ну, в общем, благословляю тебя, дитя мое, на подвиг во славу царства Лукоморского.

Я пошла.

Я аж задохнулась от такой наглости. А тетушка, благословив меня, враз засобиралась домой, смекнув, что пора и честь знать, и совесть иметь. А то я ведь могу начать возмущаться произволу монаршей особы. Так что надо исчезать, пока я молчу. Молчание, ведь, как известно знак согласия, которым надо бы пользоваться.

День по-прежнему только занимался, но мысли мои теперь были заняты не чем бы себя занять, а как выступив против единовластного правителя Черногорья с таким довеском, как не обремененный интеллектом наследник престола, уберечь этого самого наследника, ну, и самой остаться целой и невредимой.

О том, что мне еще ко всему этому царевну вытаскивать из родового замка колдуна вообще думать не хотелось. Посидев на крылечке в прострации часа два, я даже не заменила приближения своего «горячо любимого» двоюродного братца Ивана-Дурака, тфу-ты Царевича, что в принципе одно и то же.