От судьбы не убежать

И когда он эти самые слезы вытирал у него с пальца сорвалось тоненькое серебряное колечко и закатилось прямиком под кровать. Он вскочил его доставать.

– Сиди. Рана-то затянулась. Но ближайшие пару часов ее лучше не беспокоить. Разойтись может. Что тогда делать будем? Я лучше сама достану.

Под кроватью колечко удалось нащупать далеко не сразу. Но вдруг, оно как живое скользнуло мне на палец и сжалось. А я, встав, сначала ошарашено посмотрела на своевольное ювелирное украшение, потом на его владельца.

– Зар, и как оно снимается?

– Никак, – произнес парень чуть севшим голосом, а затем улыбнулся и посмотрел на меня так, как отец смотрел на маму.

И я с ней теперь была абсолютно согласна. И один такой взгляд стоит тысячи царств.

И нет бы, воспарить в небеса от неожиданно свалившегося на меня счастья. Я колечко рассматривать начала. Тоненькое. Серебряное. И гравировка на нем: «только по любви».

– Ты! – вырвалось у меня.

– Я, – спокойно ответил младший Князь Черногорья.

Казалось, за маскарад он вовсе не раскаивается, и вообще, абсолютно уверен в собственной непогрешимости.

Хотелось взять подушку, на которую он, как бы невзначай, откинулся, и сбить с него это спокойствие. Но пациентов бить нельзя. Даже почти выздоровевших пациентов.

– Но… но… ты… – я задыхалась от возмущения и некоторой обиды.

– Зато ты гарантированно получишь политическое убежище. Вместе с моей рукой, сердцем и титулом княгини. Выходи за меня. Ив, ты станешь моей женой? Или тебе нужно время на раздумье?

– Но… – я снова попыталась возмутиться.

– Я тебя люблю, – тихо сказал он, словно объясняя все.

Светозар снова улыбнулся. А я, устало опустившись на стул, решила повременить пока с ужином, налить себе настойку пустырника с валерианой, и попытаться осмыслить произошедшее. Получалось плохо.

– Ну, так что? – поторопил меня он.

– Да. Нет.

– Что «Да»? Что «Нет»? Ива!

– Да, стану. Нет, времени на раздумье мне не надо. И вообще, я тоже тебя люблю.

Хотела еще добавить: «наверное». Но все-же передумала, глядя в сияющие глаза Зара.

А он тем временем тяжело опал на подушки и с закрытыми глазами прошептал, засыпая:

– Только не уходи, ладно? Мне немного страшно, что ты мне снишься, и утром я не увижу тебя. Только не уходи.

И заснул. Надо же! «Не уходи». А куда б я пошла? Это вообще-то моя комната. И моя постель. Была. Из произошедшего сделать можно два вывода. Первый: пациент перенес лечение хорошо и скоро поправится. Второе: спать мне негде. Выбор мне предстоял нелегкий.