Когда он проснется

В принципе делать ничего не надо, газовая колонка стоит, так что печки не топятся, а вот воды из колодца натаскать, в магазин сбегать, снег почистить — это надо… Уф, сгружай ее.

Лева опустил девушку прямо в сугроб перед дверью веранды.

— Надо ключ найти.

Он пошарил рукой в водосточной трубе и вытащил ключ от дома.

— Свет горит, — сказал Богдан, пытаясь заглянуть через заиндевевшее окно и посмотреть, что происходит внутри дома. — Кажется, телевизор смотрят.

Лева отпер дверь. Девушку втащили на веранду.

— Показывай, хозяин, куда ее? А то бабка сейчас увидит.

— Если она и увидит, то все равно не поймет, что происходит, и забудет через пять минут.

С веранды подельники внесли девушку в маленькие сени. Лева сдвинул ногой домотканый половик, обнажив гладкие ровные доски пола. Под половиком пряталась дверка подпола. Взявшись за кованое кольцо, Лева потянул на себя и открыл лаз в подпол.

В лицо Богдана дохнуло холодом и сыростью. Вниз, в темноту, вела крутая металлическая лестница.

Подпол занимал все пространство под сенями, его использовали для хранения картошки, домашних солений и всяческих припасов. Холодный торцовый угол, отгороженный дощатым заборчиком, делили кучи картошки, свеклы и моркови, по двум теплым внутренним стенам шли стеллажи из неоструганных досок, на них плотными рядами стояла батарея трехлитровых банок с огурцами, помидорами, капустой, солянками, маринадами, вареньем, компотами и всякой всячиной. Под потолком висело несколько домашних колбас. А внизу, у полок, стояло самое интересное — несколько десятков бутылок с мутной, прозрачной или зеленоватой жидкостью, плотно укупоренных, ждущих своего часа бутылок с первоклассным самогоном, по которому баба Люба, несмотря на свой маразм, была большим специалистом.

— Свет там включи, — попросил Богдан. — Шею свернуть можно.

Он спустился вниз первым. Затем в подпол опустили спящую девушку, осторожно, ногами вперед.

В это время из дома в сени вышел третий заговорщик: невысокого роста здоровяк с детским пышнощеким лицом, носом-бульбиной и маленькими поросячьими глазками.

— Ну как все прошло? — по-украински обратился он к Богдану, с интересом заглядывая в подпол.

— Видишь, что нормально, — ответил за товарища Лева по-русски. — Целый день тут сидел, снег не мог во дворе почистить? Ворота не раскрыть.