Нюхнём?

Однако у трёхметровой гусеницы на этот счёт было другое мнение. Я уже говорил, насколько я люблю этот лес? Огромная гусеница, свисающая с древовидного лопуха — это ещё цветочки. Она меня хотя бы не хочет сожрать…

“... Или хочет?” — размышлял я, наблюдая, как личинка пытается дотянуться до моего лица жвалами. Она в принципе десятилетнего меня на двое может перекусить… такими-то аргументами. Но увы — расстояние не то. Лист находится на высоте этажа так четвёртого, сама гусеница длиной метра три… И всё же я в сторонке постою, а то вдруг какой гадостью плюнет? Кто их, этих гусениц-мутантов знает.

Знаете, меня радует и, в тоже время, пугает тот факт, что я до сих пор не видел пауков. Не обычных, а вот таких — огромных. Сами посудите: гусеницы трёхметровые есть, а, значит, кто-то ещё мог вырасти такой же махиной. В этом мире “Прогулки с чудовищами” можно прямо так снимать на камеру, а сюжет о мезозое — конкретно в этом лесу. Гигантских стрекоз — меганевр — ещё видеть не доводилось, но вот слышать — приходилось.

Усиленные в десятки раз хлопки крыльев стрекозы меня пару раз очень сильно напугали: стрекозы — хищники. Быстрые, манёвренные, наблюдательные… Но пока обошлось — моё знакомство с членистоногими закончилось на гусеницах.

До сих пор не понимаю, что этих бледно-зелёных слоняр должно жрать. Надеюсь — никогда не узнаю. Ибо ту же осу-наездницу я боюсь больше пауков…(П.А: скажем так — создатели “Чужого” скорее всего вдохновлялись этим милым насекомым. Она любит откладывать яйца в живых гусениц, чтоб вылупившиеся личинки её жрали изнутри.

Вид, который делает то же, но с пауками, ещё более жуткий — их личинка захватывает мозг носителя и управляет им, пожирая).

— Так, — пробурчал я, роясь в рюкзаке, — сейчас посмотрим, что можно сделать. Тут где-то канат был… Сделаем лассо и поиграем с тобой в “Дикий Запад”! — Поведал я свой план гусенице, что угрожающе щёлкала в мою сторону жвалами. Ничего-ничего, и тебя вылечим!

***

— Ла-а-адно, — протянул я, глядя на перекушенную верёвку, — это я погорячился, да.

Гусеница была не настроена на спасение. Даже тогда, когда удалось закрепить лассо на её передних лапках, она просто извернулась и разгрызла верёвку. Все остальные мои попытки помочь — тоже увенчались провалом. Гусеницы могут быть очень гибкими, если захотят. Зелёная зараза просто начинала раскачиваться из стороны в сторону и выгибаться, стараясь достать меня. Тот факт, что между нами метров шесть — её не смущал, что очень нервировало меня.