Рекламщик в ссылке для нечисти

Когда солнце ушло за лес и потянуло прохладой, а над водой поднялся лёгкий, едва заметный туман и вдобавок ко всем несчастьям закусали комары, на берег пришла Марьяша.

— Вася! — всплеснула она руками. — Всё трудишься! Ещё когда, сказывали, на берег пошёл... Идём уж домой, вечереет.

Так что уйти получилось с достоинством.

Печально осматривая мозоли, Василий решил, что траву он тоже кому-нибудь делегирует и больше вообще не появится у озера. И ведь старался, а Марьяша так посмотрела на его работу, как будто он этот берег на тракторе перепахал.

— Что, Вася, поверил теперь, что всё взаправду, а не во сне? — с лукавой насмешкой спросила Марьяша, когда они поднимались по тропке к воротам.

— Неа, — упрямо сказал Василий. — Если есть справедливость на свете, я завтра проснусь у себя дома. А сейчас первым делом вымоюсь, и пусть только ваш банник сунется, я ему и остаток бороды выдерну... Вы, кстати, тут вообще чистите зубы? Мне щётка хотя бы нужна.

— Веточку я тебе дам дубовую. Да хоть пырей бы пожевал — экий ты, Вася, будто и жизни не знаешь! Нешто в ваших краях люди вовсе не так живут?

— В наших краях... — проворчал Василий, решая, есть ли смысл рассказывать. Он всё-таки страшно устал.

Они прошли уже в ворота, когда из-под холма донёсся звук, будто металл бил по металлу с коротким эхом. Удары звучали размеренно.

— Кузнец, — выдохнула Марьяша, округляя глаза. — Кузнец за работу принялся!

Глава 9.

Василий решил, что никогда не встанет с постели.

У него гудели ноги, ломило спину. Шишка на затылке болела, шею вообще не удавалось повернуть. Ладони покрылись мозолями и порезами от травы, кожа растрескалась, и в неё въелся зелёный сок. Все места, искусанные комарами, зудели и чесались, и казалось, всё тело состоит только из таких мест.

Он слышал, что в доме проснулись. Голоса доносились до него как будто сквозь плотное одеяло, и одеяло это всё тяжелело, тяжелело — и вновь приходил сон.

Кажется, кто-то трепал по плечу, тянул за ухо.

— Пора запускать объявление? — пробормотал Василий. — Я не провёл анализ целевой аудитории... Нет...

— Кыш, безобразники! — раздался Марьяшин голос, и за ухо тянуть перестали. — Ишь, умаялся, бедолашный...

Вроде бы кто-то погладил по голове, а может, это уже снилось. И почти сразу Марьяшин голос стал грубее и ниже.

— Колокол слышишь? Добряк народ созывает.