Рекламщик в ссылке для нечисти

С этими словами он развернулся, да и ушёл под воду, только круги по ряске пошли. И не спешил показываться наружу.

— Во ныряет, — уважительно протянул Василий. — Вот это я понимаю дыхалка!

Он ещё немного постоял, наблюдая, и в душу закрались сомнения.

— А не утонул ли дед, часом? — осторожно спросил он у Марьяши. — Он у вас немного того, с приветом. Вчера в баню ко мне вломился...

— Кто, дядька Мокроус? — удивилась она. — Нешто ты водяного от банника не отличишь? Идём уж, а то будто дела мне нет, кроме как с тобой прогуливаться.

И негромко добавила с улыбкой — может, и не для Василия, а так, размышляла вслух:

— Ишь, дядька бранится, токмо сам же Гришку рыбой и прикармливает...

Василий посмотрел из-под руки: и действительно, вдали на невысоком холме виднелись, что ли, каменные надгробия, а за холмом светлой полосой лежала дорога. Между лесом и кладбищем стоял чей-то дом. Василий подумал, кто станет жить в таком месте, и решил, что смотритель.

Они пошли дальше, берегом, по сочной высокой траве, и спустя два десятка шагов наткнулись на мальчика, который что-то мастерил, сидя на земле. Ветер поднимал дыбом лёгкую прядь тонких белых волос.

Мальчик поднял лицо, горбоносое, с большими прозрачными глазами. Взгляд был совсем не детским.

— Мудрик! — ласково сказала Марьяша. — Ты бы на сырой-то земле не сидел, застынешь!

— Что делаешь? — спросил Василий из вежливости и присмотрелся: какие-то щепки, палочки. Волк тоже подошёл и принюхался.

— Корабелик, — тихо ответил мальчик и погладил Волка по голове. — Прежний мой развалився. Сяду на него, да и уплыву далёко.

Глаза у него, если присмотреться, отличались по цвету: правый голубой, а левый будто с зеленью, и взгляд уходил в сторону, будто его всё тянуло влево. Василий даже обернулся, посмотрел, нет ли там чего. Мало ли, может, Гришка подкрался, а может, с кладбища полезли костомахи, о которых вчера говорила Марьяша. Но нет, ничего там не было.

— Куда ж ты уплывёшь-то по этому озеру? — улыбнулся он мальчику.

— Далёко, — повторил тот. Говорил он чуть гнусаво, в нос.

— Идём с нами, Мудрик, — предложила Марьяша. — Васю вот до дороги проведём.

Мальчик внимательно посмотрел на сеть на её плече — что-то значила эта сеть, местные всё понимали, только не спешили делиться! — кивнул и медленно поднялся, оставляя кораблик в траве.

— А и пойдём, — согласился он.

Тут Василий понял, что ошибся, приняв его за мальчика.