Свидетель по делу – кошка

Просто меня надо было обязательно пристроить в Академию, а Мымра заявила местным чиновникам, что других должностей у них нет. Тогда я не знала, что она врет как дышит и ненавидит всех попаданок, и согласилась поступить в распоряжение коменданта.

«Вам нужно остаться в Академии СУМРАК как минимум на год», – сказал оформляющий мои документы маг. – «Вас же привезла электричка истинности. Вдруг тут появится ваш истинный?».

Теперь мне предстояло слушать лекцию про электричку истинности. Выяснилось, что это какой-то специальный портал, добывающий местным идеальных возлюбленных, предназначенных им самой судьбой.

Только на мне электричка истинности дала сбой. Фамильяр вот нашелся – это волшебный клубочек, который умеет насылать бессонницу (собственно, поэтому я и не сплю в полпятого утра!) – а истинных нет, и не предвидится. Но мне и без них прекрасно, я уже была замужем.

– … не порочь имя Академии своей грязной кровью!..

Вопль Галгалеи отвлекает меня от мытья полов и мысли о том, что какой-то невезучий «прекрасный принц» живет в своем замке, и знать не знает, что его истинная пара это сорокалетняя уборщица с криминальным прошлым.

Орет Мымра, для разнообразия, не на меня. Во-первых, я существо безобидное и ответить ей не могу, кричать на таких не интересно. Во-вторых, я сразу же начинаю представлять на голове у визжащей Галки мусорное ведро и еле сдерживаюсь, чтобы не начать хихикать.

Один раз мне даже за это высказали. Правда, в тот раз вместо ведра на голове у Мымры была фарфоровая ночная ваза с розочками.

– Ага! – заявила тогда я. – То есть орать на бедное беззащитное существо можно, а представлять ночные вазы нельзя? Батенька комендант, вы тиран! Проведите с Галгалеей разъяснительную беседу!

– Просто не надо представлять ее с моей ночной вазой на голове, – сменил гнев на милость комендант.

Проводить разъяснительную беседу с женой дорогого ректора ему не улыбалось от слова совсем.

– Марина! Перестань лыбиться, дура! Уволю!..

Крик Галгалеи – теперь уже в мой адрес – отрывает меня от мыслей о ночных горшках нашего клептоманского коменданта. Вздрагиваю и начинаю усиленно натирать мраморные полы. Мымра, конечно, меня не уволит.