Клуб смертельных развлечений

В нашем отечестве других фигур уже много лет не водилось.

– Я понимаю, – кивнул Гордеев. – Значит, то, что вас отвезли на Ярославское шоссе, – это всего лишь случайность? Но между «Распутиным» и Ярославкой – немалое расстояние. Зачем вас туда отвезли? Какого черта? Просто подальше?

– Экспертизу в салоне моей машины провели? – перебил Турецкий.

– Да, к сожалению, никаких следов посторонних лиц, только ваши и этой девушки…

– Давай вернемся к ней,– перебил Турецкий.

Такое ощущение, подумал Гордеев, что главный тут не я – адвокат, а он – следователь.

– Что ты о ней узнал? – наседал Турецкий.

Гордеев полистал блокнот:

– Никифорова Анна Васильевна, 1980 года рождения. Уроженка города Николаева, приехала с Украины несколько лет назад. Профессиональная танцовщица. Работала в различных ночных заведениях, последние полгода – в «Распутине». Никакого криминала, ни наркотиков, ни проституции, девочка чистая как слеза. Жалко.

– А проститутку было бы не жалко?

Гордеев подумал и сказал:

– Тоже жалко.

– То-то же. Как она туда попала, выяснил?

– Обычно попала, пришла на кастинг, когда им понадобились новые танцовщицы. Александр Борисович, вы ее совсем не помните?

– Я ее помню, – после паузы сказал Турецкий.

– То есть как?! – поразился Гордеев. – Я так понял, что это чистейшей воды подстава, но как же в таком случае…

– Подстава и есть. Но – виртуозная. Точнее – изящная.

– Почему же это – изящная? – спросил несколько задетый за живое Гордеев.

Турецкий снова закурил сигарету и стал пускать дым колечками, но взгляд у него был напряженный, словно он находился в суде под присягой и обдумывал ответ, который мог стоить ему… стоить чего?

Гордеев терпеливо ждал, он знал, что, повторяя вопрос, не получит большего: Турецкий решал какую-то свою внутреннюю дилемму, и ничто не могло изменить его внутреннего течения времени.

– Потому что эту девчонку клеил человек, с которым я там встречался.

– Как?! Эту самую стриптизершу, которую нашли в вашей машине?! Застреленной из вашего пистолета?! – Гордеев даже вспотел.

– Ну да.

– Ах вот оно что… Тогда действительно лихо, – не мог не оценить адвокат.