Немного о пограничниках, котах и портянках

Все равно все нужное уже собрано, пора возвращаться домой...

По дороге Сайен болтал без умолку, вываливая на меня какие-то малозначительные подробности своих скитаний, радость по поводу засухи (бродить по лесу под дождем - то еще удовольствие!), а также всячески расписывал пользу носков...

Большую часть его разглагольствований я попросту пропустил мимо ушей, а вот последнее меня заинтересовало - я даже споткнулся от неожиданности.

- Простите, что вы говорили о носках?

- Так говорю, что носки куда лучше портянок будут.

Я невольно усмехнулся: слышал бы его Ивар! Любопытно, какие аргументы нашел бы мальчишка в пользу своих любимых портянок? Впрочем, у меня есть шанс это узнать.

- Что вы говорите! - для поддержания беседы обронил я, отводя с тропинки низко нависающую ветку.

- Да-да! - воодушевленный моим интересом, зачастил Сайен. - У меня-то и портянки есть, но это так, остаточки.

Он чуть не подпрыгивал на месте от воодушевления.

- Поговаривают, скоро всю армию на носки переведут-то! - хитро улыбаясь, заговорщицким шепотом сообщил Сайен.

Дескать, а он-то уже заранее готов этому всемерно содействовать - не себе в убыток, само собой!

С портянками проще - возьми кусок байки или фланельки, и правильно намотай. А носки еще нужно купить, а потом штопать и регулярно менять. Для солдатских сапог портянки - самое то. По крайней мере, Ивар в этом твердо уверен.

Впрочем, я благоразумно не стал спорить с Сайеном. Подмигнул Шефу, который пробирался по кустам в отдалении, стараясь, чтобы человек его не заметил. Он понятливо растворился в воздухе (на глаза солдатам фамилиар старался не показываться).

Уже перевалило за полдень, когда мы подошли к воротам.

Сдав торговца с рук на руки караульным (пусть сами выясняют, не шпион ли он), я отправился прямиком к полковнику.

- Извините, старший лейтенант, - отводя взгляд, проговорил ординарец полковника, паренек чуть старше Ивара.

Судя по его виду, вход в личные покои командира он готов был закрыть грудью.

- Понятно... - протянул я, когда из-за плотно закрытой дубовой двери донеслись характерные женские стоны.

Надо думать, полковник делает все, чтобы убедить супругу в несостоятельности ее подозрений.

Высокие скулы ординарца слегка покраснели, но взгляд остался таким же непреклонным.