Принцессы бывают разные

Тогда решила дотянуться ногой, чтобы как следует пнуть. Но он уверенно уворачивался.

— Ваше величество, какая у вас забавная зверушка, — со смехом обратился он к отцу, рассматривая меня

Я удвоила усилия. Не люблю мужчин, которые умеют нравиться. А этот явно знал, как понравиться.

Не красавец, отнюдь, но привлекательный, адово пекло! Высокий, но не дородный, как папа, а скорее худощавый. Волосы светлые, но не белые, а как будто медовые. А глаза… Я поймала взгляд мужчины и мысленно ойкнула. Желтые, как у кошки.

— Пусти! — вновь заверещала я и таки пнула незнакомца носком чудом оставшейся на правой ноге туфли.

На пороге возник отец. Увидев меня, он побелел, но сдержался и сказал:

— Что ж, Ализа, я рад… что ты спешила сюда. Только так я могу объяснить подобный вид.

— Папа!

Он меня не слушал, пытаясь удерживать на лице маску спокойствия.

— Позволь тебе представить посла Димитриона, его светлость Закари Треверса, барона Леож.

Мое сердце екнуло, но остановиться я уже не могла.

Да и какая теперь разница? На мне было старое платье такого нищенского вида, что барон, скорее всего, сразу принял меня за бродяжку.

— Я тоже думаю, что вид ее высочества обусловлен исключительно спешкой, — ехидно поддакнул барон, но на пол меня все же опустил.

И то хорошо!

— Что ж, не смею вам мешать. — Я поскорее отступила на пару шагов, но отец быстро подошел и взял меня за локоть:

— Подпишешь пару документов и свободна.

— Совсем?

— До завтра, — за короля ответил Леож. — Завтра мы отправляемся в Димитрион.

— А я не хочу! — в лицо данному субъекту выпалила я. — Я лучше!..

— Ализа, — угрожающе вымолвил отец, — еще одно слово…

— И что?!

— И на восток вы поедете в сундуке, — закончил барон.

— Это жестоко! — возмутилась я.

— Ладно, так и быть, я прикажу просверлить дырочки, — улыбнулся Леож, и у меня по спине пробежали мурашки.

«Не дрейфь! — приказала я себе. — Он всего лишь один из многих. Ты и не таких ломала!»

— Я не буду ничего подписывать, — спокойно помотала я головой. — Даже не надейтесь.

— Можете нарисовать крестик, — снисходительно разрешил барон и добавил с ядом в голосе: — Ваше высочество.

Адово пекло! Я уже возненавидела этого грубияна. И откуда только такие на востоке берутся?

Высоко задрав нос, я все же вошла в зал заседаний и приблизилась к столу.