Это не те мобы!

Вождь повернулся на шум и визг драки. Недовольно заворчал, задумался, и тут над восточной стеной появилась морда умертвия. Нежить огляделась и тут же метнула заточенную палку в кобольда, схватившегося с одержимым собратом. Бросок оказался не только точным, но и достаточно сильным, чтобы пробить прочную шкуру ящера. Раненный взвыл, и сразу же захрипел. Зубы одержимого сомкнулись на его шее.

Приказ вождя совпал сразу с тремя событиями. Во-первых, умертвие спрыгнуло внутрь периметра. Во-вторых, над западным участком частокола появился зомби, который не стал тратить время на оценку обстановки, и сразу же перевалился через грубо заточенные, кое-как обожженные бревна.

Третьим событием стала смерть раненого кобольда и бросок одержимого к хижине вождя. То ли так совпало, то ли дух воспользовался знаниями жертвы, но именно это стало переломным моментом. Вождь бросился на перехват, отправив воинов к западной и восточной стороне частокола.

— Ну это уже совсем глупо, — оскалился, наблюдая разделение кобольдов и давая знак штурмовому отряду.

Набравшие разбег умертвия не смогли бы остановиться, даже по приказу самого Вел Гара. Инерцию еще никто не отменял. Таран ударил в ворота. Хрустнуло. Полетели щепки и обломки.

— Э... — растерялся, при виде того, как штурмовой отряд не просто вынес ворота, но и продолжил бег, лишь немного сбавив скорость.

«Да вы же так...» — закончить мысль не успел. Разметав пару мазанок, умертвия, наперевес с тараном, понеслись дальше и влетели в третий домишко.

В нём-то он и нашел достойное препятствие.

— Шаман-бревно, один ноль в пользу шамана, — бормочу, спеша присоединиться к бою.

Впрочем, особо поучаствовать мне не пришлось. Столь шумно обозначивший место прорыва отряд умертвий поселил в сердцах кобольдов ужас. Собственно говоря, ящероподобные воины, разделённые на две части, да еще и без вождя под боком, просто растерялись. Нежить, накопившаяся возле частокола, ударила в спины кобольдам, стоявшим с открытыми ртами.

Умертвия, так и не бросившие бревно, при виде шевелящегося шамана переглянулись и подались назад.

Вскидываю посох, намереваясь добить врага, но этого не потребовалось. Умертвия рыкнули, размахнулась и впечатали разлохмаченный конец тарана в морду шамана. Этого он не пережил.

Единственный, кто дал хоть какой-то отпор, оказался вождь. Он ловко крутанулся, крючком на конце тесака зацепил горло одержимого, и, с пронзительным шипением, бросился на умертвий.