Сравнение двух академий

Никаких неприятных ощущений у меня не было, так же как и приятных. Судя по внешним признакам, вреда мне белая магия не принесла. Да и не должна была принести, по идее.

Эарлан решил это проверить. Положив мне руки на плечи (ох и горячие они у него), он тоже использовал белую магию.

– Да, ты в порядке. Утром пройдёт, – объяснил Эарлан.

Он убрал руки, а мне так хотелось, чтобы оставил! Мне было приятно!

– Дриады очень чувствительны, – пояснил Эарлан нам с Вероникой.

– То есть чувствуют эмоции? – спросила я.

О дриадах злодеи знали мало.

– Очень сильные эмоции. Для них они как волны. Должно быть, ты очень сильно злилась, Виилам.

О да!

– Эарлан, – остановила я его. Лучше я скажу ему это, чем у нас снова возникнет недомолвка. – Я понимаю, что ты хотел как лучше, но, пожалуйста, не надо рассказывать о моих страхах, особенно Шекиле.

– Но почему? Вас считают бессердечными! Люди должны знать, что это не так!

Эх, ты мой рыцарь без страха и упрёка. И как тебе объяснить?

– Мне это неприятно, – просто сказала я. – Мои страхи – моя личная тайна.

Кажется, Эарлан меня понял. По крайней мере, я увидела в его глазах понимание.

– Хорошо. Прости меня, Виилам, моё поведение было бестактным. Я должен был подумать о том, как тебе неприятно. Только мне почему-то казалось, что раз ты рассказала это мне, чужому человеку, то и остальным можно будет сказать.

И здесь я зачем-то сказала то, что, наверное, никогда бы не произнесла, будучи в здравом уме и твёрдой памяти:

– Ты не чужой.

И, опомнившись, быстро схватила Веронику за руку и убежала, оставив Эарлана думать над смыслом моих слов.

– И что это значило? – спросила попаданка, когда мы пришли в свою комнату.

– Что ты и Эарлан – мои друзья, – спокойно ответила я.

У Вероники появилось такое разочарование, что стало понятно, о чём она до этого думала.

– А! Понятно. А я почему-то подумала, что ты в него влюбилась.

– Мы знакомы только неделю.

И как друг мне Эарлан очень нравится.

– А зачем ты тогда быстро убежала? – с хитринкой в глазах продолжала меня спрашивать Вероника.

– Испугалась того, как мог Эарлан воспринять мои слова.

– Ага! Значит, ты к нему неравнодушна?

– Вероника, для злодеев всегда нелегко раскрывать свою душу.

Неубедительный аргумент, да, я знаю. Но ничего не могу с собой поделать.