Будильник

Дарен — свободен. Дорогу мы хреново запомнили, так что если заметите из окон потасовку — идите встречать, агась. Игоряш, чего застрял? Двинули!

– Игорь, а… он всегда такой? – уточнил стражник, когда эта детина, гогоча во всю глотку, скрылся в недрах двухэтажного строения с распахнутыми настежь дверьми.

– Да, в основном. Иногда бывает и хуже, впрочем. Бывай!

Я поспешил вслед за другом.

Войдя со светлой улицы в полутёмное помещение библиотеки я едва лбом в стену не угодил, лишь чудом сориентировался. Хоть бы таб… смотри-ка, а вот и табличка.

Ладно, допустим. Куда дальше-то? Блин, хуже чем в наших, Московских. Как верно говорил классик: «Кто так строит?». Вот полностью согласен!

Ба! Ладно, внутри прям красиво. Я впечатлён, потому этот кривой предбанник прощаю.

Высоченные окна, высотой под самый потолок, наполняли просторный зал светом в достатке, позволяя даже в столь поздний час полюбоваться всем убранством. Узорчатые лепнины, позолоченные и украшенные тонкой резьбой, раскинулись поверх массивных мраморных плит, обрамлявших стены.

При том формат узоров и расцветок камней был разный, деля всё пространство на множество отдельных секций. Учитывая, что это деление так же шло и по полу — не трудно догадаться, что в первую очередь разделение несло практический характер.

Весь зал — а размером он оказался с футбольный стадион, не меньше — был плотно заставлен стеллажами с книгами, свитками, разномастными фолиантами разной степени древности, и даже каменными табличками. При чём все стеллажи имели вокруг себя своеобразные углубления и приставленные к ним лестницы, что делало их раза в полтора выше, чем позволяли десятиметровые купольные своды потолков.

И вдоль стен шкафы, ты посмотри! То, что я сперва принял за резные украшения, тоже оказалось полками с книгами. Они поднимались до самого потолка, а вдоль них протянулись едва заметные металлические помосты с тонкими ограждениями, к которым вели винтовые лестницы, штук шесть.

А какая филигранная роспись на потолке! Сюжеты местного эпоса, надо полагать? Хотя есть тут и что-то смутно знакомое.

Будто бы вон тот рыжий дядька на колеснице, запряжённой баранами, мне кого-то напоминает. Да, точно: Борода одно время увлекался какой-то там мифологией, и рассказывал мне о чём-то подобном.

Впрочем ладно, это всё сейчас не важно. Мы пришли сюда с конкретной целью, и не стоит отвлекаться на постороннее. Тем более, что книгу с местными эпосами я так и так планировал захватить для ознакомления, хотя бы в общих чертах.