Будильник

– Разница в том, что у тебя уже сейчас колоссальный потенциал. Ты уже умеешь то, чего Сергей достигнет лишь через три года упорного обучения. Конечно, не окажись он из числа людей, что к магии вовсе не восприимчивы. А обучаться вы сможете вместе, это само собой!

– Давай, Игоряш! Ну давааа-ай! – тут же законючил друг. Ну да, старый фентезийщик опять попал в родную стезю и ему предлагают на мага обучится, а он и рад стараться. И чему тут удивляться? Да ещё и с его тягой к обучению...

А сам не сможет, так друга завсегда заставит! А я-то, блин, не фанат всего этого! Я просто домой хочу, вашу мать!

Оказавшись под пристальным вниманием буквально ВСЕХ, я не смог уйти от ответа, но и соглашаться сразу не хотелось.

Обсудить бы хоть с Серёгой, когда одни будем, а то что это, так сразу? Пришлось отделываться банальным «Подумаем» и прятать нос под воротник да уползать в хвост телеги, к Исондэму. Тот, впрочем, на долгое соседство не решился и вскоре перебрался к кучеру, оставив меня наедине с моими мыслями.

Это если магии учится, то тут навсегда оставаться? Они меня этим уболтать хотят, что бы я домой не рвался? Заманчиво, но это ж сколько трудов… Нет, домой хочу, и точка!

За этими мыслями я не заметил, как наш экипаж подкатил уже к третьей стене и её вратам.

Мы въезжали в центральный район столицы.

Глава 27

Центр меня не впечатлил. Может быть сказывалось испорченное неясными перспективами настроение, а может быть его банальность в сравнении с прочими районами.

По сути, всё это я уже видел, да и не раз.

И не где-нибудь, а в родной Москве, в её историческом центре, что и нагоняло уныние. Я-то ждал опять чего-то волшебного, а тут лишь просторные дома-усадьбы, повышенной комфортности и заниженной этажности.

Единственное отличие этой столицы от нашей — простора в разы больше: меж домами места с пару стадионов, что весь центр просматривался едва не насквозь, повсюду лужайки и прозрачные скверики с тщедушными деревцами да широченные проспекты. Даже не проспекты, а… и сравнить-то не с чем такой масштаб.

Сдаётся мне, что в царские времена и в Москве так же было, да благополучно сплыло.

Остальные спутники реагировали столь же вяло. Разве что наёмник Бистрегз внезапно подал голос и выругался вслед какому-то мальчонке, припустившему от врат едва мы въехали. И чем ему этот оборванец не угодил? Хотя, может знакомый его какой? В любом случае, мне без разницы, меня сейчас заботили более насущные вопросы. Например, где же нас разместят на ночлег.