Будильник

Маг поднялся с земли, спокойно отряхнул подол чёрной мантии и распрямился в полный рост. Его разум был кристально чист, заполненный лишь одной мыслью: планом того, что предстояло сделать. Ритуал обязан быть свершён.

– Мирэдна! Бегом сюда.

Девушка тут же явилась на зов, склонившись в покорном поклоне и не смея поднять взгляда. Она слышала крики Магистра и знала, чем это опасно. Однако её испуг не остался сокрытым. И она тут же за это поплатилась.

Отвесив помощнице звонкую оплеуху, магистр приказал:

– Собирайся.

Мы отправляемся в столицу. Подготовь всё, я вскоре приду.

– Да, магистр, – кивнула девушка, утирая разбитые губы и спеша удалиться. В ордене ходили слухи, что глава убивал членов без раздумий и колебаний. И все охотно верили им. Кроме Миредны, не раз лично видевшая подобные расправы и знавшей, насколько слухи приуменьшали реальное положение вещей. Она никогда не осмелится перечить Ему. Никогда…

***

– Как думаешь, им удастся? – поинтересовался герцог, силясь скрыть волнение.

Придворный маг, в покоях которого правитель провел почти всю ночь, едва смог сдержать улыбку, наблюдая за этими потугами — не волнуйся правитель за исход дела, так давно бы спал, а не сидел здесь, всячески ему мешая.

Зениригу очень надоели эти пустые разговоры, хоть он и понимал — едва ли он может хоть что-то с этим поделать. Оставалось лишь мириться и выполнять требование правителя.

Единственным, что утешало старого чародея было то, что он действительно мог дать ответ на столь сложный вопрос. Прочие маги в большинстве своём не понимали его науки — как это можно, дробить сознание на множество частей и голосов, оставаясь при том самоосознанным, и вынуждать их заниматься каждый своим вопросом? Зенириг же управлялся с этим играючи, разрывая сознание не на десятки, а даже на сотни голосов разом, чему учил и Минадаса.

И для решения столь сложных задач, для оценки грядущего с учётом всех возможных факторов и последствий, лучшего метода было не сыскать.

В голове старика зазвучали сотни голосов, слившихся воедино.

Услышь подобное посторонний человек — не смог бы разобрать и слова. Но маг разбирал всё. Взвешивал, рассчитывал, обдумывал каждое слово и каждую мысль по нескольку раз, обговаривая её на разные голоса сам с собой.

– Так что, Зенириг? – нетерпеливо переспросил герцог.

– Я думаю, Ваша Светлость, подождите!

Голос его показался правителю несколько грубым, однако он стерпел. Другого за такое обращение вздёрнули бы на виселице в тот же миг.