Али баба и тридцать девять плюс один разбойник

– И кто же их спер, по-твоему?

– Это вам лучше спросить у духа пещеры, – низко поклонился разбойник, – он все слышит, видит и знает.

– Духа? – задохнулся от возмущения Махсум, решив, будто жирный боров насмехается над ним. – Ты что, на солнышке перегрелся? Какие еще духи?

– Не духи, а дух, – влез в разговор вертящийся рядом Ахмед, всегда старавшийся быть в курсе всего происходящего. – Он охраняет пещеру.

– Вы что, за круглого идиота меня держите, да? – Махсум посмотрел сначала на одного, а затем за другого.

– Ваш амулет, шеф.

Ахмед указал на серебряный кругляш на цепочке, висевший на шее у Махсума. Амулет достался тому вместе с одеждой и саблей в наследство от безвременно почившего Черного Кади.

– Это амулет духа пещеры, – продолжал Ахмед. – Как гласит предание, первый из разбойников нашел амулет в пещере, потер его, и ему явился дух, пообещавший служить тому верой и правдой. С тех самых пор и по сей день мы находимся под его неусыпным покровительством и защитой.

– Ахмед, тебе сколько лет? – прищурился Махсум, вытягиваясь на троне.

– Точно не знаю, – заморгал разбойник, пытаясь сообразить, в чем подвох. – А что?

– Но больше десяти?

– Гораздо больше!

– А все в детские сказки про духов веришь?

– То вовсе не сказка, дуралей, – произнес кто-то совсем рядом.

– Кто это сказал?! – порывисто вскочил на ноги Махсум, гневно озираясь по сторонам и дергая саблю за рукоятку, но та опять отказалась вылезать из ножен. – А, шайтанова защелка! Где она?

– Под рукояткой, шеф.

– Вот потеха! – вновь сказал голос. – Малахольный придурок даже саблю вынуть не может без посторонней помощи!

– Ну, я кому-то сейчас набью морду! – Махсум оставил в покое саблю и ударил кулаком в ладонь. – Выходи!

– Нет, он и вправду забавный. Давно так не веселился, – противно захихикал голос.

– Это дух, шеф! – закрывая глаза руками, произнес Ахмед. – Мы же вам говорили.

– Дух или не дух, а пусть выйдет и сразится со мной, – воинственно засопел Махсум, сводя брови на переносице.

– А силенок хватит, молокосос?

– Все, капут тебе, дух!

– Ой-ёй, как страшно, Аж жуть берет.

– Где ты? – Махсум завертелся на месте, разыскивая нахального насмешника.

– «Я здесь и не здесь, я везде и нигде…»[7]

– Покажись, где ты прячешься, трусливый подлец, называющий себя духом?

– Ладно, пошутили – и будет, – в голосе духа прорезались стальные нотки.