Али баба и тридцать девять плюс один разбойник

– Разве я вливал в глотки твоих идиотов вино литрами? Не умеешь пить – не берись! Я, между прочим, сражался сразу с тремя!

– Видел я, как ты сражался, – негодующе сверкнул глазами Ахмед, но вдруг немного поостыл. – Валялся, как шелудивый пес, у ног меднолобых негодяев и скулил, моля о пощаде!

– Их было трое на одного! А у вас – один на двоих – троих! – бросил Махсум в лицо телохранителю. – А вы там куличики долбанными тюбетейками лепили, строители хреновы!

– Чалмами, – машинально поправил Ахмед. – А-а, да что теперь говорить.

Он безнадежно махнул рукой, опустил кинжал и, усевшись рядом с Махсумом, обхватил руками колени.

– Вы лучше скажите, что мы теперь говорить будем Мансур-ако? – вновь перешел на «вы» Ахмед.

– А почему мы вообще должны докладываться какому-то дешевому фраеру?

– Да вы что! – Ахмед выпучил глаза на Махсума. – Вы что такое говорите? Он же нас всех…

– Ну-ну, я пошутил, – запоздало спохватился Махсум, кляня себя за не в меру длинный язык. – Пошутить уже нельзя.

– Шутки у вас… шеф! – проворчал Ахмед и тяжко вздохнул.

– Лучший доклад – нападение.

Ахмед немного побледнел и на всякий случай отодвинулся – вдруг действительно набросится и разорвет в клочья.

– Вы серьезно собираетесь напасть на великого Мансур-ако или опять пошутили? – осторожно уточнил разбойник.

– Да не в том смысле! Просто когда будешь беседовать с ним, не давай ему опомниться, выставляй себя героем, а все, что произошло – нелепой случайностью и коварством караванщика.

– Думаете, подобная чушь… как вы там говорили?.. Прокатит?

– Должно! Это называется отмазка!

– Как-как? – заинтересовался новым словечком Ахмед.

– Отмазка.

– Необычное слово. Скользкое какое-то, и еще такое… – неопределенно повертел Ахмед пальцами, не подобрав нужных слов.

– А то! – фыркнул Махсум, весьма гордый собой.

– И что конкретно вы собираетесь ему говорить? Караван-то ушел. А если Мансур-ако еще и прознает, как нам накостыляли, – а ему рано или поздно все станет известно, – тогда уж ни одна ваша отмазка, прости Аллах, не поможет!

– Там видно будет, – лениво, до хруста в затекших суставах, потянулся Махсум.

– Нет! Только не вино! – замахал на него руками Ахмед. – В вас вселился сам шайтан, шеф!

– Тащи, тащи, надо же спрыснуть первый блин комом. – Махсум легонько подтолкнул Ахмеда локтем в бок и заговорщицки подмигнул. – И пошамать что-нибудь захвати.