Али баба и тридцать девять плюс один разбойник

Ровные каменные полы устилали дорогие ковры, на коврах горками возвышались мягкие подушки. Меж подушек стояла дорогие кальяны и золотая и серебряная посуда, заваленная горами объедков, из чего можно было заключить, что разбойники вряд ли причисляли себя к аскетам.

Чего в пещере только не было! Али-бабе казалось, проще перечислить именно то, чего здесь не было, разве то, что наличествовало. Во множестве боковых ниш грудами были свалены драгоценности, деньги и разные дорогие товары. Разнообразным тканям не было числа – от грубых льняных полотен до тончайшего индийского шелка и изысканной парчи всевозможных расцветок.

В больших кувшинах находилось масло – розовое, оливковое, хлопковое, подсолнечное. В малых – вино, чей запах дурманил голову незнакомыми Али-бабе хмельными ароматами. Распахнутые сундуки ломились от монет и драгоценных камней. От их блеска даже при тусклом свете слепило глаза. От ячменя, овса, пшеницы и прочих круп трескались мешки. Зерно, на радость мышам, сочилось тонкими струйками на пол сквозь расходящиеся швы.

У Али-бабы разбегались глаза. Он бросался от одного мешка к другому, от мешков к кувшинам, от кувшинов к сундукам, а от них – опять к мешкам. Радостно восклицая, Али-баба хватал то золото, то драгоценные камни, то посуду, то валялся на тканях, щупая и гладя их, а потом опять возвращался к золоту, запускал в него ладони и слушал переливчатый звон.

– Не может быть! Этого просто не может быть! – воскликнул Али-баба и в очередной раз подбросил в воздух монеты, окатив себя сверкающим золотым дождем.

– Я богат, сказочно богат!

– Богат… ты богат, – отозвалось эхо.

– Мне наконец повезло! Деньги, как много денег!

– Много, очень много, – подтвердило эхо. – Бери, бери все!

– Да-да, все! Я возьму все! Я…

Но внезапно до Али-бабы дошло, что с ним кто-то разговаривает. Золотые монеты выпали из разом ослабших пальцев и звонко заскакали по полу пещеры. Али-баба присел, оглядываясь по сторонам, сглотнул и задом заполз за сундук.

– К-кто здесь? – сглотнул он застрявший в горле комок.

– Да никого здесь нет, – разнеслось гулкое под сводами пещеры. – С чего ты взял?

– Не обманывайте меня, почтеннейший. Я же слышу, что кто-то говорит.

– Тебе показалось, – уверил Али-бабу незримый собеседник. – Так что, берешь все?

– Мне ничего не нужно, честное слово! – Дровосек забился еще дальше в угол, дрожа от страха. – Я здесь случайно, поверьте. Тьфу на это золото, тьфу, тьфу!

– Нет, он все отрицает! – прозвучало смешливо где-то совсем рядом.