Али баба и тридцать девять плюс один разбойник

Пусть глазеют, если им так нравится, главное – успеть, успеть во что бы то ни стало!

Вылетев из бокового прохода в главный коридор, Мансур притормозил, огляделся в поисках процессии и вздохнул с облегчением – все-таки успел! Приняв важный, весьма деловитый вид, Мансур заложил руки за спину и направился навстречу идущим.

– Гасан-ако! – распахнул объятия Мансур, когда караван-баши почти вплотную приблизился к нему. – Как я счастлив, что слухи о гибели вашего каравана оказались сильно преувеличены! У меня прямо камень с души свалился.

Караван-баши остановился, не дойдя до визиря пары шагов и смерил того взглядом. Мансур решил, будто Гасан что-то подозревает, и сменил тактику.

– Мне доложили, что ваши верблюды вернулись в город, и я уже собирался послать стражу на ваши поиски, а тут гляжу – вы идете.

– Да, мы чудом спаслись, – сдержанно отозвался караван-баши. По вполне понятной причине Гасан недолюбливал Мансура. Ведь налоги – это всегда неприятно, а налоги от Мансура – чистейшей воды грабительские поборы.

– А кто это с вами? Никогда не видел такие противные рожи! – произнес Мансур, старательно игнорируя пристальный, пронзительный взгляд Махсума. Таким образом он решил себя заранее обезопасить, но… промахнулся.

– Ай-яй, – покачал головой Гасан, – как нехорошо говорить так о людях, которых вы даже не знаете! Эти люди…

Мансур судорожно сглотнул.

– …мои спасители, – закончил караван-баши.

– Кто?! – воскликнул пораженный Мансур. Рухни ему на голову небо, он и тогда не был бы так удивлен.

– Да-да, если бы не они, то меня здесь уже не было!

«Лучше бы тебя здесь не было, проклятый торгаш!» – скрипнул зубами Мансур, а затем, расплывшись в дежурной улыбке, сказал вслух: – Ах вот оно что!

– Вот именно! Идемте.

Гасан подал знак Махсуму и его телохранителю, и все трое в сопровождении стражи направились дальше по коридору к гостевым покоям.

– Ничего не понимаю, – развел руками потрясенный Мансур, когда Черного Махсума и Ахмеда ввели в комнату для приема важных гостей, а стражники встали почетным караулом у ее дверей.

Дождавшись, когда Гасан удалится по своим делам, Мансур подбежал к дверям гостевой комнаты, бросил на стражников затравленный взгляд и прошмыгнул мимо них. Сердце у визиря бешено колотилось, в груди поселился холодок, но он все-таки решил дознаться, что происходит.

– Что вы здесь делаете, презренные ослы?! – набросился он с кулаками на Махсума, шипя и брызжа слюной.