Али баба и тридцать девять плюс один разбойник

– Ох, прости, я оговорился! – Старик поспешно спрятал монеты за пазуху, чтобы Марджина ненароком не отобрала их. – Я хотел сказать «добрая». Благодарю тебя, добрая девушка!

– То-то же! Все, пока! – Марджина захлопнула калитку перед самым носом старика и отряхнула руки. – А эти, – она кинула оставшиеся три монеты Али-бабе, – положи к другим, если они у тебя, конечно, еще остались. Нечего деньгами попусту разбрасываться.

– А мне она нравится! – восхищенно прицокнула языком старушка. – Али-баба, пусть остается, а? Поможет мне по хозяйству.

Али-баба только пожал плечами.

– Ладно, что с тобой поделаешь – оставайся.

– Ты забыл сказать мне свое имя.

– Разве? – Юноша смущенно поправил тюбетейку. – Меня зовут Али-баба.

– Ничего так. А теперь, дорогой Али-баба, покажи мне мое, то есть наше хозяйство.

Глава 14. Касым-разбойник

Появление Касыма в пещере окончательно выбило Махсума из колеи. Слишком уж все шло точно по сценарию, и нужно было что-то срочно предпринять, чтобы ему в итоге не пришлось познакомиться с ловкостью Марджины.

Пока Касым отходил от непредвиденного обморока, Махсум старался придумать, как сплавить из пещеры трусливого толстяка и при этом не вызвать у разбойников подозрение, будто он ему сочувствует. Еще чего доброго решат, что их предводитель ослаб духом, и тогда уж точно, пиши пропало. К тому же неугомонный, на поверку оказавшийся достаточно кровожадным Ахмед все время порывался незаметно отрубить голову Касыму, и его приходилось постоянно отгонять от спящего.

– Не понимаю, шеф, чего вы с ним возитесь, как с вазой династии Мин? Он вор и знает тайну пещеры! – взвился наконец Ахмед, когда Махсум в очередной раз прикрикнул на него, чтобы разбойник не баловал с саблей.

– Ты тоже вор и тоже знаешь тайну пещеры, – сухо напомнил Махсум.

– Э, шеф! Я – другое дело, совсем другое, – только и отмахнулся Ахмед. – Как-никак благородный разбойник и ваша правая рука. К тому же вот представьте: случится с вами что-нибудь, а как же пещера, как же наши богатства и люди?

– Типун тебе на язык, – суеверно сплюнул через плечо Махсум, отметив про себя, что становится не в меру мнительным.

– А что? Кади тоже думал, будто он вечный, А потом р-раз – и хана воробушку, отчирикался!

– Злой ты, Ахмед, – укорил телохранителя Махсум.

– Да, я такой! А голову ему, я думаю, все-таки стоит отрубить.

– Ты – что? Думаешь? – вскипел Махсум. – Опять?!

– Нет, что вы, шеф. Это я так, брякнул, не подумавши. Ой-ёй, опять случайно вырвалось!

– То-то! Не смей думать.