Али баба и тридцать девять плюс один разбойник

– Все, пошли.

Махсум поплелся обратно в пещеру, насилу переставляя ноги. Его до сих пор мутило от страшного зрелища, но, к счастью, двое разбойников уже упаковали Абдуллу в мешок и быстро куда-то побежали с ним, пронесясь мимо Махсума.

– Ай!

Неожиданный вскрик и шорох под потолком заставили Махсума вновь вздрогнуть, но это был всего лишь воришка. Пальцы его наконец не выдержали, и он шумно скатился по столбу прямо к ногам Махсума.

Резвый Ахмед, недолго думая, опять выхватил саблю, но Махсум успел перехватить его руку.

– Вставай! – приказал он толстяку.

– Не могу, – еле слышно прохрипел Касым. – Я, кажется, зашибся.

– А я тебя сейчас вылечу, – угрожающе произнес Ахмед.

– Не надо! Не губите! – мгновенно вскочил с пола толстяк, вцепляясь в штаны Ахмеда.

– Главарь здесь он. – Ахмед любезно указал толстяку пальцем на Махсума.

– О, прости! – Касым выпустил из непослушных, оцарапанных пальцев штаны Ахмеда и вцепился в принадлежавшие Махсуму. – Не губите!

– Встань! – приказал Махсум.

– Встаю, встаю, – кланяясь, толстяк медленно поднялся с колен.

– Позвольте, шеф, я все же отрублю ему голову! – попросил кровожадный Ахмед.

– Да погоди ты со своим «отрублю»! Сначала я хочу все узнать, а после видно будет.

Ахмед разочарованно убрал саблю в ножны и сложил руки на груди.

– Рассказывай, кто ты такой и как здесь оказался? – спросил Махсум. – И запомни: правда продлевает жизнь.

– Я понял, я все понял, – затрясся от страха толстяк. – Меня зовут Касым.

– Немножко? – повел бровью Махсум. – Целый мешок ты называешь «немножко»?

– У меня большая семья, господин! – заюлил Касым. – И я всего-то один разочек. А вон того вы зря сейчас убили.

– Почему? – нахмурился Ахмед.

– Его дух пещеры усыпил. Специально.

– Что ты несешь, паршивая собака?! – взорвался Ахмед, делая шаг навстречу Касыму.

– Я сказал чистейшую правду, уважаемый! – загородился руками Касым, отступая к каменному столбу. – Я пришел петь духу за деньги, а он усыпил вашего человека, чтобы тот не мешался.

– Ну и гнусный же у тебя язык, друг Касым! – раздался голос откуда-то сверху. – Хотя какой ты друг – Иуда проклятый!

– Чего он обзывается? – сжался Касым, оглядываясь по сторонам.

– Значит, это правда? – спросил Махсум у духа Сим-сим.

– Ну-у, в чем-то он прав, – словно нехотя протянул Сим-сим.

– Убийца! Из-за тебя убили человека.

– Сомнительное утверждение, – не согласился дух.