Сделаю, что смогу 3.

Почти круглый, только голова чуть выступала из тела, ноги и лапы с длинными когтями. Небольшие оттопыренные уши и почти полностью чёрные, круглые большие глаза. Широкая пасть, думаю кулак запросто поместиться, и треугольные зубы в два ряда, казавшиеся большими и страшными. Хотя скорее всего такое впечатление создавалось из-за того, что сами существа были не крупными.

«Колобок» пришёл в себя и попытался цапнуть меня за руку, но с браслета сорвалась молния и шибанула его в нос. Тварь обмякла.

Я, к искоркам, освещавшим пещеру, выпустил ещё целый рой и скомандовал:

- Всё подчистить тут, а то как я сюда жену перемещать буду.

И светильники зажгите!

Ударили первые молнии, выжигая кровавые потеки и превращая куски плоти в кучки пепла. Вспыхнули настенные чаши, в которых горел огонь, когда мы впервые сюда попали. Щиты, закрывавшие проходы исчезли и там образовались кучи чёрные тел, которые постепенно превращались в кучки пепла.

Сжав кулак, я подкинул «колобка» и запустил в него молнию. На пол осыпались горячие хлопья.

- Колючий, - я погладил волка, - ты молодец! Жаль не догадался прихватить тебе пару рубинов.

- Хех, - облизнулся боевой товарищ, и боднул меня головой.

- Ладно-ладно, запишу на твой счёт.

Пещера становилась чище и уже, в принципе, можно было переносить сюда весь наш отряд. Вот только запах! Продолжало вонять палёной шерстью и жареным мясом. Эх, сюда бы уксусу и луку, глядишь они бы перебили этот запах, или сделали его более приятным. И тут я вспомнил о небольшой фляге с вином которая была у меня сзади на поясе.

Надеюсь цела! И мои руки начали шарить по ремню. Вот засранцы! Баклажка была цела, только сильно смята. Отцепив сосуд, я начал откручивать крышку, из-под неё брызнуло вино. Тьфу ты, сколько пролилось! Зажав пальцем отверстие и наклонив флягу, я дунул на тонкую струйку вина, разбрызгивая, на манер пульверизатора, жидкость. Пройдя по пещере, мне удалось таким образом хоть немного перебить запах палёной шерсти и мяса. Мне показалось, что вонять совсем перестало, а может просто уже принюхался.

Посмотрев на Колючего, я немного встревожился, - Эй, ты чего? – Волк, до этого бегавший за мной и шумно втягивавший носом воздух, подходил ко мне неуверенной походкой, вывалив язык. Глаза его явно косили.

- Ты что, вина нанюхался?

- Хе-хе, - улыбаясь выдало охмелевшее животное.

- Какое «хе-хе», алкаш небритый! Я же тебя собирался тут на страже оставить, пока отряд перемещать будем, а ты сейчас спать завалишься!

- Хо-хо, - раздалось в ответ.