Боярский и тысяча чертовок! Том 2

— Дерзай, охотник!

И я тут же влетел в гущу событий, если можно так сказать. Репортёров тоже было двое, но мне казалось, что на меня обрушилась огромная воронья стая. Настолько всё было непривычно. А ехидная улыбка Константина, которого я увидел за спинами операторов, только подливала масло в огонь.

***

— Как ты мог так со мной поступить? — я откинулся в пассажирском кресле, покосившись на дворецкого. — Даже не предупредил.

— Вы не согласились, господин Боярский, — хмыкнул он. — Но разве это плохо? По-моему, всё прошло идеально.

— Идеально? — я вскинул брови. — Издеваешься? Да я и двух слов связать не смог. Выглядел полным идиотом.

— А вот это вы зря, господин, — он покачал головой. — Вы на себя наговариваете.

— Ну да, ну да, — цокнул я языком и вздохнул. — Ладно, проехали. Но в следующий раз предупреждай, я хотя бы подготовлюсь.

— Как скажете, — усмехнулся Константин, но его выражение лица выдавало совершенно иной ответ.

Собственно, что произошло? Расскажу вкратце, так как не вижу смысла приводить всё дословно.

Оказывается, у моего дворецкого есть знакомая репортёрша. Ей-то он и позвонил, когда меня пригласила во врата сама Сваровская. Подруга Константина вмиг смекнула, что из репортажа может получиться конфетка, и примчалась со своим оператором к вратам школы уже через несколько минут. Но каким образом об этом прознала ещё одна студия, для нас так и осталось загадкой. Возможно, что это контролируемая конкуренция, чтобы на чужом фоне выглядеть лучше. Не знаю, да и неважно.

В общем, Константин рассказал им то, что я уже в который раз смог прикрыть врата. А ведь даже ещё не до конца пробудил в себе магические силы и не проверялся в академии, чтобы получить хоть какой-то ранг. И по этому поводу меня буквально засыпали вопросами. Почему, буквально? Да потому что репортёры чуть ли по голове меня не били микрофонами. Отвечал я, увы, скупо. У меня не было ни настроения, ни желания поддерживать этот балаган. Я постоянно ссылался на главу академии, что сперва стояла и хитро улыбалась позади меня, но потом собралась с мыслями и тоже вклинилась в интервью.

«Конечно, кто же откажется от рекламы самого себя», — заметила тогда Пафи.

Я бы мог.

«Прекрати скромничать.