Луна в отражениях солнца

– Спасибо, – сказал он, – но почему ты мне помогаешь? И зачем хочешь, чтобы я вернулся в столицу?

Он понимал, что магический зверь не сможет ответить, но полагал, что та хотя бы знаками поведает, в чём дело. Однако Лиса лишь вальяжно легла на бочок и распушила шубу, всем своим видом изображая обыкновенное животное.

Тиса не знал, находится ли сейчас сознание хозяйки в фамильяре, или та, организовав лагерь, отпустила животное до поры до времени. Он задумчиво посмотрел на огонь и вернулся мыслями к воинам, а затем и к своей посмертной жизни.

Зачем он согласился на это путешествие? Чего ему искать в Хельте? Прошлого всё равно не вернуть. А Серебряный Лорд... Что она от него хочет? Тут Тису посетила неприятная мысль, и он не преминул спросить:

– Ты хочешь отомстить мне за то, что тогда ты умерла?

Другого ответа он подобрать не смог. Демон чувствовал и свою вину в том, что в прошлом для Серебряного Солнца всё сложилось не лучшим образом. Могло ли быть так, что магиня, став нежитью, пожалела о содеянном и со временем захотела расплаты?

Лиса от его предположения подскочила на все четыре лапы, вздыбив шерсть.

– Прости, – сказал Тиса, понимая свою ошибку и вскидывая руки в жесте извинения, – но если я неправ, то зачем тогда ты следишь за мной? Почему я в опасности?

Лиса плюхнулась обратно на попу и, состроив серьёзную морду, посмотрела в чёрное небо. Она явно не собиралась давать ответы.

– А знаешь, у меня на родине звёзды намного ярче.

Зверь недоверчиво фыркнул, но Тиса возразил:

– Правда. Ты хоть сейчас и демон, но не знаю, была ли на острове Мёртвых. Там звёзды светят так ярко, что кажется, их можно удержать на ладони.

Лиса повела мордой, словно хотела что-то спросить, но по понятной причине ей это не удалось. Под конец она недовольно взмахнула хвостом, и в воздухе перед ней быстро всплыли четыре слова.

Тиса поддел:

– А делала вид, что не можешь общаться. – Он снова посмотрел на звёзды и повторил: – Почему я не там? Мне пришлось уехать.

Он не сказал больше ни слова, но улыбка медленно сошла с его губ.

Глава 25. Запреты

Белоснежные стены храма устремлялись в небеса.