Трое из Иудеи

Сообразительные слуги - вот залог благополучия любого богатого иудейского дома. Разумеется, будущий пророк не разгуливал по городу два дня назад в компании прекрасной танцовщицы, тем не менее маленькая ложь сработала, что было видно по окончательно скисшей физиономии прославленного сыщика.

- Скажите, а кто-нибудь видел… м… м… сам момент убийства?

- К сожалению, нет, - нехотя сознался Назир. – Час был ранним, улицы безлюдными. На земле и на теле несчастного остались следы от колёс боевой колесницы. Пока что неизвестный следствию злодей несколько раз переехал уже мёртвое тело.

- А зачем кому-то таки понадобилось переезжать мертвеца боевой повозкой?

- Вот в этом то и заключается главное несоответствие. Необъяснимый факт не дает мне покоя. Узнай я причину и, возможно, всё сразу же станет на свои места.

- А вы не допускали мысль, что убийца… - Моисей неопределённо пошевелил рукой осознавая, что ходит по краю, - пытался таким образом замести следы, шоб сбить следствие с толку.

- Гм… очень необычная мысль, - похвалил прозорливость хозяина дома представитель закона. – Но в этом случае убийца либо дурак, либо сумасшедший, либо настоящий злой гений, поскольку он оставил в теле орудие убийства. Я допускаю изощрённую игру чужого ума, но слишком уж это… тонко что ли. Мне почему-то кажется, что преступник действовал в состоянии аффекта. А вы как думаете, уважаемый?

- Лично мне таки кажется… - будущий пророк с удовольствием вкушал спелые персики запивая их дорогим вином, подспудно понимая, что возможно делает это последний раз в свой жизни.

- Но зачем это вдруг кому-нибудь понадобилось? – сыщик был само внимание.

- У могущественных людей много врагов, а я, как вы таки понимаете, во дворце фараона далеко человек не из последних. Вся эта мутная история… она уже порядочно навредила мне. Боюсь, что в скором времени мне придется покинуть столицу, а возможно, даже и сам Египет.

В голосе Моисея звучала неподдельная скорбь и это был единственный уникальный момент, когда он ДЕЙСТВИТЕЛЬНО был искренен со знаменитым сыщиком.

Абд аль-Хаммам всё прекрасно понимал. Весь его опыт, все его знания говорили о том, что он разделяет сытную трапезу с хладнокровным убийцей. Понимать то он понимал, но ничего поделать с этим не мог. Не хватало улик, вернее, улик совсем не было. Другое дело, если бы перед ним был обычный египтянин.