Худший из миров. Книга 10.

— Вот ведь пигалица! — Олег присел на край кровати, обхватив руки головой.

Звон в голове самую малость поутих и наш герой неуверенно поднялся на ноги. Пол под ногами шатнуло.

— «Чего же вы вчера такое выжрали, малая, что меня сегодня так корёжит»?

Путь на любимую террасу оказался долог и тернист, благо перила лестницы помогли. И когда наш герой выбрался на террасу, там уже вовсю хозяйничала кухарка.

— Не правда ли, прекрасное утро! — с ехидцей очень громко объявила кухарка.

— Добрее не было, — Олег уселся на своё любимое место и водрузил тяжёлую голову на кулак, рука была упёрта локтем в стол и подобное состояние шаткого равновесия, приглушало неприятную тупую похмельную боль.

Кухарка присела напротив и самодовольно принялась изучать потрёпанного обстоятельствами Патрона:

— Плохо тебе? — ни чуть не убавив тональность, поинтересовалась Архэя.

— Угу, — односложно ответил Олег и подставил под подбородок второй кулак.

— А я вот тут зелье от похмелья наварила, по тому тайному рецепту, — кухарка положила перед Командором небольшую мензурку, — зелье получилось что надо. Я с утра уже опробовала.

Олег Евгеньевич сосредоточил внимательный взгляд левого глаза на панацеи от страданий.

— Ах да, как же я могла забыть, — с наигранной озадаченностью, вдруг «неожиданно» вспомнила кухарка, — оно же тебе не поможет, чтоб тебе полегчало, нужно чтоб это зелье употребила Фэйфэй.

— А г… — сухость во рту не дала закончить «ужасному» фразу, но кухарка его поняла без слов.

— А где малая? Ты хотел спросить? — построила предложения Архэя.

— Угу, — односложно, самую малость понизив звучание собственного голоса, произнёс наш герой.

— Да кто ж её мелкую знает, — продолжила издеваться кухарка, — она вчера отправилась с Авророй праздновать победу над Святозаром.

Олег тяжко вздохнул, осознав, что данное издевательство должно́ было послужить наказаньем.

— Ладно, дорого́й патрон, я гляжу вам сегодня не до завтрака, но если вдруг надумаете рядом с плитой омлет и свежезаваренный кофе.

Выдав явно заготовленный набор фраз, Архэя упорхнула, словно старая злобная ворона, а Олег Евгеньевич остался страдать в полном одиночестве.