Магия, алчность, интеллект

То есть, только от отца к сыну. Причём сын не должен быть «левым». Т.е. бастардом. Максимум он должен относиться к ближайшим родственникам, если с сынулями что-то фатальное случилось.

За этим все следили. Друг за другом. Точнее враг за врагом. Ни о каких тёплых отношениях среди этого высокородного паучатника и речи не шло. Самое обычное — союзные, партнёрские отношения по единовременному договору. Единственная объединяющая сила для этих хмырей — император и его главная опора — маги с магвойском.

Главными в этой первой и высшей страте были все, кто выше барона.

Графств в Империи — 69, маркизатов — 8, герцогств — 16(скоро будет ещё одно — Таро), Княжеств - 4. Принцев же — как собак не резаных. Император в последнем явно продыху не знал и куда эту ораву девать, явно не знал от слова «совсем». Так как ему было... ну по известному органу. Который он весьма активно эксплуатировал судя по результату.

Кстати все, кого Сеня спрашивал именно о числе принцев в Империи сильно затруднялись с ответом.

Вторая страта — бароны, и представители наиболее сильных кланов ремесленников и торговцев. Эти все просто обязаны были кланяться, кланяться и кланяться представителям первой.

Ну и третья - «всякие прочие», как их называли «черноногие». Черноногими их называли по традиции с очень давних времён, так как у всех, кто что-то выращивал на земле, ноги были постоянно в грязи.

Была ещё и как-бы четвёртая, - рабы — но эти вообще за людей не считались, а числились за разновидность животных.

Переходы из страты в страту были возможны, но очень сильно затруднены. Например, с третьей во вторую ещё можно было протиснуться. А вот со второй в первую... практически никак. Разве что очень редко. Например по браку некоей баронессы с представителем максимум графа.

Барон тоже теоретически мог стать графом, но это было сопряжено с завоеваниями новых территорий. Можно было бы и освоить пустующие, которых вокруг имелось изрядно но... Мало кто мог это потянуть и чаще всего было сопряжено с изрядным риском — немедленно на таких трудяг обращалось весьма алчное внимание соседей-графов. А у тех сил неизмеримо больше, нежели у одиночки-барона.