Неунывающий Рон

Когда-то в ней хранились очень вкусные конфеты, полученные на Рождество, а теперь дорогие ему мелочи. Второе письмо он отнес Дурслям, поинтересовавшись, не знают ли они, кто столь глупо шутит? В ответ услышал историю про погибших родителей, про подкинутого на порог Гарри и волшебство. Вообще, после того, как он стал носить амулет, Дурсли превратились во вполне адекватных людей. Да, они его не любили, но ко всему, связанному с ним, стали относиться спокойно, и, как следствие, ничего не скрывали. Вернон буркнул:

– Школа-интернат будет до самого лета? Неплохо.

Поток писем ничуть не смутил его родственников. Вернон пожимал плечами, бормотал: «Полные психи», и забывал обо всем до следующего письма. Гарри молча собирал письма и складировал их в чулан. И копил раздражение. Успокаивал его только Рон, язвительно интересующийся, успел ли Гарри оценить интеллект директора и его замечательную постановку.

Появившийся в полночь великан не вынес двери только потому, что Гарри вовремя открыл ее перед его носом. Дурсли мирно спали, а Хагрид радостно поздравлял Гарри с праздником. Убедившись, что тот в курсе про Хогвартс, знает про родителей и волшебство, вот только не знает, где ему купить все необходимое, великан успокоил мальчика, что завтра сходит вместе с ним за покупками и разлегся у камина в гостиной. Возмущенный Гарри, представив, что услышит завтра от Петунии, попытался его выпроводить, но не преуспел и принялся жалобно строчить Рону, на что тот предложил спокойно ложиться спать и увести Хагрида пораньше с утра.

Гарри, понервничав, подорвался в шесть часов. С трудом разбудив Хагрида, изобразил подпрыгивающего от нетерпения ребенка, и, умилившийся великан повел его к поезду. Мальчик едва не забыл прихватить с собой ранец, набитый, по совету Рона, бутербродами. На столе осталась успокаивающая записка для тети.

Косая аллея произвела на него двоякое впечатление. С одной стороны, он был счастлив увидеть все то, про что до этого только слышал, а с другой – уж больно это все казалось ему ненастоящим. Когда после горок в банке Хагрид оставил его, дабы пропустить стаканчик, он обрадовался, что хоть немного побудет один.

Сжимая в кармане купленный у гоблинов кошелек, до предела набитый галлеонами, он осторожно шагнул в магазин мадам Малкин.