Неунывающий Рон

Игнатус впервые пошевелился. У мистера Трэверса задрожали руки. Миссис Лавгуд прижала пальцы к губам и побледнела. Мистер Джонс задумчиво кивнул головой.

– Ведь ваши знания можно изменить. Вам же удалось спасти Пандору. Давайте посмотрим, сможем ли мы еще что-то достичь. Пятый курс?

Я покачала головой. Из пятого курса я помнила только травлю от министерства и вряд ли стоило озвучивать такое предсказание.

– Шестой курс? Седьмой?

– Ничего не могу сказать. Ничего не всплывает.

– Как возродится Тот-кого-нельзя-называть?

– Питер Петтигрю сбежит и поможет ему провести ритуал.

– Какой?

Я беспомощно пожала плечами. Не сильно ли много бабочек я передавила? Хотя самые основные моменты отметила.

– Хорошо, закончим пока на этом. Не стоит мистеру Уизли перетруждаться. Но, если у вас всплывут знания, хоть как-то относящиеся к возрождению Волан-де-Морта, Отдел Тайн должен немедленно быть в курсе.

Я согласно кивнула. Почему бы и нет? Сильный союзник мне не повредит, а то, глядишь, и поможет.

Нас отпустили. Уже вернувшись к тетушке, я ощутила сильную усталость. Моральную, не магическую. И мне не давал покоя один вопрос.

– А почему они меня отпустили?

– По-твоему, тебя должны были запереть в Отделе Тайн? – Брови Игнатуса поползли вверх.

– Я бы не удивился. – Со вздохом призналась я. – Ожидал, что они будут более настойчивы.

– На прорицателей нельзя давить, так что на этот счет можешь не беспокоиться. Не только легилименция и окклюменция, любой вид давления ваш дар воспринимает на редкость негативно.

Я вздохнула и поинтересовалась:

– А что насчет обряда?

– Ты не сильно устал? Может, когда восстановишься?

– У меня почему-то ощущение, что времени осталось совсем мало. – Задумчиво произнесла я. – И оно словно утекает сквозь пальцы.

– Тогда не будем ждать. – Лорд Пруэтт сразу собрался. – Сейчас сообщу Лукреции и начнем.

Меня усадили в кресло и велели расслабится. Потом, когда из камина вышла Лукреция, наоборот, подняли и повели на второй этаж. Оказалось, что в доме есть ритуальная комната, туда мы и пришли.

– Именем моим, кровью моей, магией моей, – начал речитативом Игнатус. – Признаю тебя сыном моим, кровью от крови, плотью от плоти, магией от магии. Да будет так!

– Именем моим, кровью моей, магией моей, – продолжила Лукреция. – Признаю тебя сыном моим, кровью от крови, плотью от плоти, магией от магии.