Горький привкус победы

 – Мастер, косясь в техталон, пробежал пальцами по клавиатуре, бормоча: – Датчик… датчик… Ага! Сильно подозреваю, что этот может быть коричневым…

Щелкнув мышкой, отправил компьютерный запрос на склад. И через несколько минут из подсобки ему вынесли небольшую коробочку. Приемщик протянул ее клиентке. Та открыла.

– Но он же зеленый! – Ресницами хлоп-хлоп.

– Ничего не могу поделать, – развел руками продавец, – всегда были коричневые. Но вчера к нам завезли только зеленые.

– Ладно, давайте. – Красавица с датчиком развернулась к выходу.

– Извините, девушка! – крикнул мастер вдогонку. – Если вас не затруднит, может быть, вы оплатите покупку?

Мужики у стойки похрюкивали, но крепились.

– Сколько стоит зеленый?

– Тысяча шестьсот тридцать рублей…

– Нет! – возмутилась обладательница красной машины. – Я не стану платить столько за товар неправильного цвета!

Она бросила коробочку на стойку мастера и, заложив вираж, гордо порулила к стеклянной двери, бормоча на ходу:

– Механика пришлю.

Пусть сам разбирается. Мастер, ухмыляясь в усы, вновь уставился в экран и бросил:

– Следующий!

Следующих не было. Клиенты валялись под прилавком, держась за животы, и стонали. Вероятно, их всех разбил приступ острого аппендицита.

Наконец возникла первая радостная физиономия:

– Мужики! Что это было?

– Собственно, это была Ариадна. – Приемщик пожал плечами. – Странно, что она здесь, а не на Рублевке.

– Галаева? – Клиент все еще похихикивал, но уже соображал.

 – То-то я гляжу мордашка знакомая. На фитнес приехала наверняка. Форму поддерживает на каникулах. Тут отличный спортивный комплекс «Агидель» рядом. На Живописной.

Усатый мастер молча кивнул, соглашаясь…

Время в наш век всюду летит стремительно. А в России еще вдвое быстрей.

И события, еще вчера считавшиеся значимыми, стираются, замещаются новыми, кажущимися поначалу еще более важными. Через год, вытесненные новыми яркими впечатлениями, они превратятся в смутные воспоминания.

Через три о былых судьбоносных свершениях едва вспомнят лишь те, для кого они были действительно вопросом жизни и смерти. А через десять о них забудут практически все.

Тогда, за несколько лет до конца прошлого века, страна жила обычной бурной жизнью. Создавались и разорялись предприятия и компании, музыканты сочиняли бессмертные шлягеры-однодневки, спортсмены устанавливали никому не нужные и назавтра же превзойденные высшие достижения.