История одного развода, или Лови попаданку!

Лучше я найду себе домик на берегу реки и буду промышлять охотой.

– Гихи, беги к шаману, – сдавленно просипела мамаша.

Очнувшись, я недоуменно нахмурилась. Неужели, размышляла вслух?

– Пусть поторопится. Эта мерзавка… – Матушка покосилась на меня, как лошадь на пожар. – В неё действительно вселился злой дух!

Я же обрадовалась. Шаман? Это то, что нужно!

Глава 7

Когда Гихи убежала, матушка принялась костерить меня на все лады, припоминая все ошибки, которые совершила Мио. Я больше помалкивала и прислушивалась, мотая на ус ускоренный вариант биографии девушки, в тело которой вселилась.

– Вот змея! – прошептала я, замечая, с каким удовольствием сестричка слушала, как матушка ругала приёмную дочь за проделки родной.

По всему выходило, что меня призвала Золушка азиатской версии, чей отец второй раз женился на женщине с ребёнком. Дочурка была так хороша, что быстро завоевала сердца жителей Северной резиденции семьи Ха. И лишь Мио знала истинное лицо невинной овечки, ведь за все шалости приёмной сестры наказывали её.

– Зря мы вытащили тебя из колодца! – верещала матушка. – А всё твой бестолковый отец. Боялся, что заболеешь и помрёшь, ведь ты же наследница рода Ха. А посидела бы ещё два дня, тогда бы точно принялась за ум!

Я лишь головой покачала. Порой Мио слишком жестоко наказывали! Стоит ли сажать ребёнка в сырой колодец за рассыпанное печенье? Мне стало очень жаль девушку, от которой отвернулся собственный отец, а несправедливый мир стал настоящим адом.

– И зачем только я вышла за твоего отца? – утомившись перечислять все прегрешения, которые свалила на приёмную сестру её дочь, пробормотала матушка. – Нужно быть Буддой, чтобы выносить такую, как ты… У-у-а-а!

Зевнув, она прикорнула на широкой кровати, иногда сонно вещая, что вскоре сделает с мерзавкой Мио. Жаин сидела за столиком и, напевая что-то мелодичное нежным голоском, старательно выводила длинной кистью изящные линии на развёрнутом пергаменте.

Я же нашла длинный шарф, для верности перетянула им талию, чтобы не потерять драгоценные заколки, и уселась на полу в ожидании продолжения представления. Когда Гихи вернулась, поднялась сама. Не стала сопротивляться, когда меня повели на улицу, не удивилась приготовлениям высокой худой женщины в белом балахоне и с капюшоном на голове.