Дневник Маргариты Книга I

Я же одновременно с ними встала со своего места и пошла на них, желая высказать им всё, что я о них думаю, предварительно взяв за грудки, что бы убежать не смогли. Они таких слов ещё не слышали. При этом где-то далеко на грани сознания маячила мысль — что, я могу за это поплатится. Достаточно было представить, что кто-то в нашем аэропорту, например, при досмотре стал бы права качать. Но остановиться я уже просто не могла, мне казалось, что меня разорвёт на кусочки, если я что-то не сделаю с ними прямо сейчас.

И кто знает во что бы всё это вылилось, если бы я не услышала за своей спиной голос. Голос чётко произнёс:

— Хватит!

И я как шарик сразу сдулась. При чём меня саму такая реакция настолько ошарашила, что, повернувшись, я уставилась на говорившего очумелыми глазами. Силясь при этом понять, а с чего вдруг я его вообще послушалась? Ведь логичнее было бы переключиться на новенького, что так не осторожно подставился и набросится уже на него. Но желания такого у меня не возникло, все мои эмоции словно выгорели в один миг, чувствовалось опустошение и слабость?

— Что за чертовщина? Ты кто?

Ничего умнее в тот момент я придумать не смогла.

Передо мной стоял мужчина неопределенного возраста не то лет сорок-пятьдесят, а может и больше, в стильном прикиде «Пушкинских» времён с элементами военной формы — ну там сапоги высокие, что-то типа эполетов, ой не знаю я как это по-человечески описать. С лицом один в один наш Лавров, тот что министр иностранных дел, только причёска другая.

Тут в дело влезла эта парочка казённых типчиков. Они точь-в-точь как младшеклассники, перебивая друг друга, задыхаясь и запинаясь стали жаловаться представительному дяденьке на меня нехорошую. Это было так смешно, словно смотришь шоу двух комедиантов. Если бы мои эмоции были сейчас в норме, обязательно бы заржала, а так только улыбалась, глядя на них. Но главное — я внятно услышала наконец причину этого таможенного бедлама, пусть и в исполнение пары придурков.

Наш водила — редиска такая, наплёл этим олухам, что я «засланный казачок», что бумажки у меня липовые и направляюсь я чуть ли не в саму столицу с явно какими-то нехорошими намерениями против добрых и честных людей королевства, а может и какого-то одного конкретного человека. Не то шпион, не то наёмный убийца, не то маньяк, аминь. И они, как и полагается уставом, доблестно встали на защиту родины, заслоняя её своей цыплячьей грудью от меня ужасной.