Комендант некромантской общаги

— Да я не против, мне даже интересно. Вот еще судоку теперь могу освоить, а так бы и не узнал.

— Я еще Базуркевичу «морской бой» обещала, — Марья вздохнула. — Видимо, у вас воспринимались от переселенцев только серьезные вещи, а играми как-то не интересовались.

— А это тоже игра?

— Да. Потом как-нибудь расскажу, надо сначала с судоку разобраться.

Тут в гостиную, где они пили чай, вернулись фейки, до этого гулявшие с Василием. О'Валинтер откланялся и ушел, пообещав непременно сделать сферу-судоку к чаепитию.

Марью облепили фейки с требованиями всё-всё рассказать.

А в своем кабинете прекрасная драконица задумчиво улыбалась, выслушав духа-хранителя.

Женская солидарность против мужского военного педантизма. Это будет славная битва.

Впрочем, Эртониза, как женщина, ставила на блицкриг.

Глава 38. Когда провал «заговора» — совсем не провал

Вечер обещал быть спокойным. Поделившиеся планами на завтрашний выходной уставшие феи упорхнули в свой фейский особнячок. Мария Спиридоновна планировала поподробнее ознакомиться наконец со «Справочником коменданта».

Но, как всегда, планы сдались под гнетом непредвиденных обстоятельств. Обстоятельства предстали в виде трех крайне раздосадованных мужчин, а точнее — одного лича, одного гоблина и одного вампира. Эта троица с порога выразила возмущение тем, что некоторые неблагодарные дамы, проигнорировав компанию таких прекрасных их, собрались обхаживать какого-то совершенно постороннего нового мужика! Готовят ему экзотическое развлечение в виде иномирных игр, а про них совершенно забыли!

Больше всех возмущался завхоз:

— Ты вот, Марья, чем думаешь, когда такие вещи артефакторам без договора сливаешь?! Тебе что, денежки лишние? И почему это вдруг старому «Лимону» такие почести? Да я ни разу не видел, чтобы Манефа из своих запасов травки кому презентовала!

— Да там табак.

— А табак не трава? Тем более, наверное, уникальный состав какой-нибудь. Вы, девки, совсем добро не помните? Мы для вас, а вы?..

Пришлось Марии Спиридоновне обстоятельно раскрывать «великий женский заговор против Лимонного высочества». Мужики поржали и перестали дуться, прям как дети малые. Но потребовали своего участия в первых рядах.

Марья мысленно посчитала количество человек и поняла, что камерное чаепитие в жилище кикиморы накрылось медным тазом.