Таль 2. Не дать отнять свою мечту

Ребятам с соседнего ряда было поручено по нашему знаку отвечать нарочито долго и нудно, давая нам время для осуществления задуманного, а заодно отвлекая внимание завуча.

Первая часть затеи прошла безукоризненно. Мы со злорадными усмешками проследили, как жучок проваливается за шиворот преподавателя, а листок, сорванный утром для этой цели с куста на спортивной площадке, я шустро убрала под парту. Несколько секунд ничего не происходило, и выжидательно замершие адепты уже начали разочарованно вздыхать, когда мастер резко прогнулся в спине, сквозь зубы зашипев от боли.

Я только успела подумать, что жучок действительно не в меру кусачий, как в классе стало происходить совершенно невероятное и непредвиденное. Мастер начал сдирать с себя рубашку, даже не пытаясь расстегивать ее, а одним рывком оборвав пуговицы и следующим движением выдернув нижний край, заправленный в брюки. Изуродованная одежда полетела на пол. Кайден что-то быстро наколдовал, и сверху на него дунул сильный порыв ветра, сбросивший насекомое к рубашке.

Тяжело дышащий завуч поднял грызя, не касаясь его руками, и обвел нас шальным взглядом. Мы же во все глаза смотрели на него. А посмотреть было на что, более того – было чем восхититься. Без рубашки при каждом движении на корпусе перекатывались рельефные мышцы, сокращаясь от сбившегося дыхания, прорисовывался отчетливо видимый пресс. И было понятно, что это не результат накачивания в тренажерном зале или поедания стимуляторов, как у молодых людей в моем мире, а полностью рабочая упругая мускулатура.

Вот если бы не был таким вредным, был бы красивым, – засмотрелась я.

– Тоже такой пресс хочу! – восхитился Марек.

– Кто это сделал? – отошел от первого шока самый нелюбимый наш преподаватель.

Группа хранила абсолютное молчание.

– Я спрашиваю – кто это сделал? – повторил мастер Кайден, но так и не добился никакой ответной реакции.

Оглядев нас и поняв, что просто так мы не сдадимся, он решил зайти с другой стороны.

– Это насекомое крайне опасно.

Адепты притихли, испуганно переглядываясь. Я же понимала, что мастер не стал бы так терпеливо с ними разговаривать, если бы опасность не была действительно велика.