Тайна проклятого герцога. Книга вторая. Герцогиня оттон Грэйд

И бледность мгновенно покинула лицо герцога, а глаза яростно сузились.

– Только попробуй закатить мне истерику! – разъяренно прошипел его светлость. – Еще раз – ты ничего не съела?

– Нет! – взбешенно ответила я.

Закрыл глаза, судорожно выдохнул, после вновь посмотрел на меня и почти издевательски поинтересовался:

– Почему?

Задохнувшись от возмущения, я ответила не сразу, но столь же язвительно:

– Мне стоит исправить данное упущение?

Герцог застыл, глядя мне в глаза. Затем вновь судорожно, сквозь стиснутые зубы выдохнул, после как-то устало произнес:

– Да, острота вашего язычка заставляет теряться в сомнениях насчет испытываемых от неудавшегося покушения эмоций.

Судорожно выдохнув, я попыталась отодвинуть от себя супруга, но уверившись в безнадежности попыток, устало ответила:

– Ориентируясь исключительно на правила хорошего тона. Отпустите меня!

Не сдвинувшись с места, герцог холодно вопросил:

– Вас насторожило сказанное мной за завтраком?

С сожалением была вынуждена признать, что, возможно, он прав.

– Вспомните и вы о правилах приличия и о том, что вы находитесь недопустимо близко к леди, в присутствии посторонних!

Лорд оттон Грэйд промолчал, продолжая пристально взирать на меня.

– На будущее, – я пододвинулась вперед, намереваясь соскользнуть с раковины, в надежде прекратить наше столь тесное нахождение рядом, – потрудитесь для начала поинтересоваться у меня по поводу поедания чего-либо, прежде чем пытаться устроить мне насильственное промывание желудка!

Герцог усмехнулся, после наклонился и выдохнул мне в лицо:

– Вынужден напомнить об уже имевшей место беседе о том, что я всегда поступал и буду поступать так, как считаю нужным.

С этими словами его светлость развернулся и покинул умывальню. Затем весьма бесцеремонно вытолкнул из каюты не скрывающего удивления принца Теодора, поднял выломанную дверь, приставил обратно к проему, и магия заструилась по контуру, намертво впаивая дерево в стену.

Оставшись в одиночестве, я покинула умывальню, прошла в каюту и медленно опустилась на край кровати. Сейчас, когда злость от словесной дуэли с его светлостью улеглась, я отчетливо осознала – меня пытались убить.

Но говоря откровенно, гораздо больше я была напугана поведением герцога, нежели самой попыткой отравления.