Идеальная жена боевого мага

Вчерашний адепт легко и неотвратимо выпихивал из радиуса телепортации претендента на руку моей жены. Выпихивал его и уходил сам.

Едва они оказались достаточно далеко, я крепче обнял Ариадну и возродил в памяти образ родного замка. Движение пальцев, хруст кристалла, ощущение магии, которая стекает по руке, и нас поглотила ослепительная серебристая вспышка.

Когда магия развеялась, я вдохнул такой знакомый, такой чистый воздух. Окинул взглядом просторный двор, куда нас переместило, и сказал, не сдерживая ехидства:

– Ари, я поражён! Как такая уникальная девушка, как ты, умудрилась вляпаться в столь банальную историю? Что может быть примитивнее, чем брак с ненавистным родственником?

Я хотел поддеть, но меня не слушали.

Глава 2

Ариадна

Грей что-то спросил, причём едким таким голосом, но я не услышала. Стояла и в оба глаза смотрела на махину возникшего перед нами замка. Если герцог Нортермский хотел поразить, то ему удалось.

Жаль только удивление было не самым позитивным.

– Мы нищие?

– Ты – не знаю, никогда не интересовался твоим приданым. А я – один из самых богатых людей в Империи.

Серьёзно?

Я вновь посмотрела на замок, который требовал ну очень основательного ремонта, и опять на него.

Тут-то Грей и добавил важную такую деталь:

– Потенциально.

– Ах вот оно что! – не удержалась я.

Стало смешно. Просто потенциально, в теории, и я богиня боевых заклинаний. А на практике – последняя в студенческом рейтинге.

– У меня… Точнее у нас с тобой, герцогиня ты моя ненаглядная, – произнёс Грей ехидно, – богатейшие шахты, леса с редчайшими алхимическими травами, удивительные виноградники и, невзирая на то, что мы почти в горах, очень плодородные почвы.

Отлично.

Объективно, его богатства мне были совершенно безразличны, но Грей разжёг интерес, и я всё-таки спросила:

– Тогда почему замок в таком состоянии?

Морвель широко оскалился и заявил:

– После первой брачной ночи расскажу.

Напугать не хотел, в постель затащить – тоже. Он издевался, это было очевидно. В других обстоятельствах я бы действительно вскипела, а сейчас – не смогла.

Последние сутки я держалась, запрещала себе любые эмоции, и теперь, когда оказалась в безопасности, эти эмоции меня догнали. Там было всё – страх, ужас, негодование, ненависть и ощущение липкой брезгливости.

Отчим.