Его бессмертная зараза

- А у меня как раз пирожки есть, хотите? – с готовностью скинула я с плеч рюкзак, радуясь, что успела по дороге накупить целую дюжину.

Я не знала, работала ли в академии столовая, и будут ли там в не учебное время кормить, так что прихватила с запасом.

И да, что касается излишней доверчивости, наивности и жалости, еще раз напоминаю всем, что я – баба!

Мне можно ерунду творить. И вообще, может во мне материнский инстинкт просыпается!

К счастью, долго размышлять над моими порывами не пришлось, Дархон без всякого кокетства согласился со мной перекусить.

Расположились мы тут же, на зеленой травке, в тени скромного строения а-ля сторожевой пост. Себе я зажилила только пирожок с повидлом, а остальные, с ливером, без лишних сантиментов отдала новому знакомцу. Правда, вода в моих запасах не водилось, но нашлась она у орка в походной мохнатой фляжке, размером, наверное, с половину меня. Как я из нее пила – отдельная история, пришлось медленно приседать на корточки, чтобы не уронить и утолить жажду.

А вообще, мы на удивление неплохо посидели в обеденный перерыв, во время которого Дархон поведал много чего интересного, в том числе и суть его прикола с временным «отупением».

Как выяснилось, развлекается он так, от скуки.

Мне было даже не обидно.

- Эх, славная ты чунька, Лесинья, - в конце концов, разомлев от вкусной еды и нормального человеческого общения, выдал умиротворенный орк.

Я аж воздухом подавилась. Хто?!

И лишь спустя пару минут, до меня дошло, что на орочьем языке «чунька» означает что-то вроде «человеческая девчонка». Конечно, смысл был куда более развёрнутый и многозначительный, но на это моих скудных знаний уже не хватало.

- Вы тоже ничего, - вынуждена была признать, поднимаясь на ноги. – Но мне, к сожалению пора. Я могу к вам забегать время от времени, вы не против?

- Тебе я буду рад, - искренне сознался орк, и даже вроде собирался одобрительно щелкнуть меня по носу, но в последний момент передумал.

И хвала Морене! У меня б от самого легкого его щелчка носопырка навсегда впечаталась в затылок, как наскальная живопись.

- Тогда до встречи! – махнула я ладошкой, и почти вприпрыжку поскакала за ворота, довольная донельзя столь неординарным событием.

По ноге под платьем скользнуло что-то холодное, и не завизжала я лишь по привычке.