Его бессмертная зараза

И пускай его там было совсем чуть-чуть, помимо него хватало и других ингредиентов, а лечебный эффект был выше всяких похвал… Сны от него снились воистину дикие, выворачивая под самым немыслимым углом самые дикие фантазии.

Мне, как всегда, везло больше всех. Моя память, несмотря на прошедшие годы, вычеркивать воспоминания о прошлой жизни отказывалась наотрез – они даже не меркли. В тоже время, хватало и новых впечатлений, наверное, от того и сны мои становились особо дикими, смешивая в голове две реальности сразу.

Чего только стоит гусеница из сказки Льюиса Кэрола скрещенная с местным упырем… Мертвый Абсолем, с красными глазками и разлагающейся кожей, дымящий кальяном – такое себе зрелище!

А исковерканный мультик о ледяной принцессе? Ледяное озеро, ледяные скалы, и прыгающий по ним крупный алый огонек с наглой ухмылочкой… Сколько надо скурить, чтобы такое представить?

Но самое страшное даже не в самих видениях.

…На этот раз мне приснилось поле. Обычное такое русское поле, залитое ярким солнцем, радующее взгляд буйной зеленью вокруг, а нос - умопомрачительными запахами. Шикарнейшая природа, вокруг ни души, а сама я лежу не на примятых колосьях и твердой земле, а будто утопаю в мягком облачке.

К-хм. А ничего так начало!

- Итак, ты снова склеила ласты. Не надоело?

Я фыркнула, не открывая глаз, с удовольствием подставляя лицо теплому солнышку.

- Нифига. И на этот раз я просто заболела. Есть разница.

- Нет разницы, - грубо фыркнул собеседник, и до меня донесся характерный аромат ванильного табака – глюк снова активно баловался кальяном. – Сон – маленькая смерть.

- Да-да, - лениво махнула я рукой. – Иными словами, когда человек спит, он как бы мертв, и не несет никакой ответственности. Этим и руководствовался некий султан, когда нарушил обещание и казнил собственного друга.

- Мудрый был мужик, - заметил голос, продолжая лениво дымить в мою сторону. – Есть чему поучиться.

- Теперь ты решил заделаться в мои учителя? – фыркнула я, приоткрывая один глаз. – Плохая затея.

- Я – твоя совесть. Я – твой крест. Я – есть ты… и всё, что у тебя есть.

Я застонала вслух, шлепнув себя ладонью по лбу. Блин, а так всё хорошо было.