Псих поневоле

Она что-то ответила и тот взял стопку бумаг, начав ловко её листать и бегать глазами по тексту.

В этот момент, гравитация победила прилипшую к стеклу одежду, и я со скрипом начал сползать вниз с пресловутой прозрачной перегородки, к которой прилип. Неловко взмахнув руками, я упал навзничь и с грохотом ударился головой о пол. Перед глазами всё поплыло. Последним, что я запомнил, была милая улыбка на лице девушки... Нет, вру... Всё-таки, запомнилась мне неестественно большая, для такого стройного тела, девичья грудь.

— Сиське... — кажется промычал я, пуская слюну и отрубаясь.

* * *

Как же мне осточертело не просыпаться, как все нормальные люди, а приходить в сознание. Как бы это в привычку не вошло...

На этот раз мое тело бесцеремонно расталкивали. Я спокойно открыл глаза — вряд ли подобным пробуждение меня можно удивить.

Как же я ошибался...

Меня насиловали! Перед глазами прыгали больше упругие груди, а маленькую комнату наполняли стоны. Кажется, я уже видел эти груди, аккурат перед своим отходом в мир грёз и фантазий.

Я медленно поднял взгляд от розовых, набухших сосков к тонкой белой шее, а затем и на лицо девушки с прикрытыми глазами. Она стонала и сосала пальцы левой руки в то время, как правой энергично шевелила в районе своей чисто выбритой промежности. Из её приоткрытого рта к пальцам тянулись тягучие, блестящие нити слюны, а копна чёрных волос растрепалась и пряди прилипли ко лбу, покрытому капельками пота.

Это была невероятная красотка, та самая, которую я видел за стеклом!

Вот только я не получал ни капли удовольствия кроме визуального — она просто тёрлась о мою висюльку, хотя, теперь уже не совсем висюльку...

Я потянул руки к её бёдрам, но она, видимо почувствовав моё возбуждение, резко открыла глаза и ловко соскочила на пол. Быстро подобрав униформу, она поспешила прочь из комнаты, бросив на меня странный взгляд. Молча выскочила в коридор и захлопнула за собой дверь, оставив меня наедине с неудовлетворённым желанием, вымокшим балахоном и чувством глубокого охреневания от всей этой ситуации.

— Ладно, хер с ней, хоть пожру, — проворчал я, скидывая с себя заляпанную телесными жидкостями тряпку и подвигая поближе тележку с едой, которая меня дожидалась непонятно сколько времени.

Стоило мне только запустить ложку в странную белую субстанцию, как дверь распахнулась и на пороге возник ухмыляющийся Арен.