Псих поневоле

— Нет, это не Моррены, — перевёл я, продолжая гладить тихо похрюкивающую от удовольствия Мэрилин.

— Кто они? Я думала в лаборатории имперских кланов невозможно попасть? — усмехнулась Оляна, но тут вмешалась Грызля.

«Слизь. Лечиться!» — замахала она лапками.

— Точно, Боря, вскрой контейнер сверху. И это, Оль, эти красные труселя на нашей стороне — не стоит к ним относиться враждебно.

— Прости, я не могу забыть того, что сделали с твоим Родом! — Оляна тяжело выдохнула и скрипнула зубами. — Проклятые римляне и Ивановы.

— Ивановы? — я внутренне застонал и наружно тоже. Ещё дополнительные враги, которые не остановятся, пока не найдут и не убьют меня?

— Они предали Союз и раскрыли римлянам месторасположение наших основных сил — за десять минут артобстрела мы потеряли большую часть войск. Дальше действовала тяжёлая пехота и бронетехника...

Всегда не любил Ивановых. Любых Ивановых. Под такой фамилией мог скрываться только какой-то проходимец, прячущий свою настоящую фамилию. Я вспомнил все доносы, которые, в редкие минуты совместного пивного отдыха читал нам мой одноклассник, ставший участковым.

Мы подошли к ёмкости, с которой фикус спилил верхнюю часть и я помог Оляне туда забраться. Видимо тут был совсем супер концентрат, потому что я слился в ноль, гася её эхо.

— Всё, я пуст, вылезай быстрей! — поторопил я её, и девушка ловко выпрыгнула из бочки.

— Слишком неудобно — теряя свойства она становиться жи́же и стекает, а если надолго оставить на здоровом участке тела, то там вырастает опухоль.

— Это еще почему? — удивился я.

— Слизь сама по себе полуразумна, а нанесенная фрагментарно она не может получить всю информацию об организме и может, к примеру, попытаться отрастить на спине новую руку. Или на лбу, гхм... — она почему-то улыбнулась и покраснела.

— Понятно, — мне помогли забраться в ванну-куб, а Оляна разделась, чтобы счистить с себя слизь.

Она кивнула и хрезнула, а я получил обратно около десяти карат. Но они не потребовались — я не заметил даже намёка на эхо, о чём тихо спросил у стрингов.

— Я начинаю понимать, господин, — кивнула Вики. — Вы испускаете нейтральную хтонь, запас которой конечен у пустых, а в вашей крови больше не осталось её частиц.