Псих поневоле

На ней, правда, сейчас стояло два танка и пять БТРов, а вокруг самого сверху и снизу, около самого большого купола крутились фигурки в тяжёлой броне, да вертушка летала в небе по широкому кругу.

Лёгкая метель не позволяла разглядеть комплекс в деталях, но общая диспозиция была понятна. И то, что нас без боя туда не пустят — тоже.

Хорошо, что нам туда не надо...

Сквозь стволы деревьев, неподалёку, виднелся особняк, в котором я уже был, и вокруг которого тоже топтали снег суровые доспехи.

И там нам делать нечего — лучший вариант личного досье сейчас залёг возле меня в снегу.

..

Строение с бассейном также виднелось вдалеке и возле него тоже стояла пара бронемашин и танк, с воздушным прикрытием.

Хорошо, что мы пришли с другой стороны, но и позади нас уже жужжали вертушки и планомерно летали над лесом. Бесконечно долгий день, наконец, сменил вечер со снегопадом и наши следы были не так заметны.

Наша цель находилась по ту сторону всего этого. Обитель коматозников была не видна, но где-то там ярко светилось небо и сновали вертолёты.

— Ваше Благородие, может не стоит идти на штурм? — с сомнением в голосе озвучила здравую мысль Оляна. — Они теперь знают, с кем имеют дело и легко победить не получится.

— К тому же, господин, они сейчас будут прочёсывать лес всеми силами, — добавила Вики, сидя на луковице Бориса.

— Может и не стоит... — почти согласился я, но на всякий случай решил уточнить. — Вики, а сколько там — в запасах клана?

— Вчера было четыре миллиона карат, господин, но они, вероятно, уже изъяты, — на этой части я разочарованно выдохнул, а красные трусы продолжили.

— Императорский налог очень жёсткая вещь. Без его уплаты могут возникнуть проблемы, вплоть до отчуждения территории в пользу другого клана. Поэтому при малейшей опасности, весь запас амортизатора тут же эвакуируется. Так что цех и хранилище сейчас пусты... Извините...

Трусы расстроенно замолчали и пошаркали ножкой. Блин, пошаркали ножкой! Что ж со мной творится? Одно понятно — рояля, то есть шары, опять не будут.

Я не смогу уехать отсюда на белом БТРе с мешком денег в прицепе.

Я задумчиво почесал подбородок и обернулся на Оляну.

— Ваше Благородие, — настороженно косясь на красные стринги, медленно и тихо заговорила та. — Что бы ни говорило вам это, но, оставаться здесь самоубийство. Решать конечно вам, но, как у последнего из Рода Романовых, у вас есть возможность восстановить великую Семью.

— В смысле последнего?! — удивился я внезапному канону.