Главный свидетель

Ну какая, скажите, может исходить опасность от достаточно тщедушного даже субтильного с виду человечка средних лет — обычного, рядового работяги, потягивающего дешевое пивко и перебивающегося «Примой» без фильтра? Вот в этом-то и заключалась их ошибка! В чем скоро убеждалась наглость любого уровня. Но сейчас Агееву скрывать свои «возможности» смысла никакого не было, наоборот! Мадам должна была с ходу оценить некоторые преимущества незнакомого, но явно клеящего ее крутого мужичка: Филя демонстративно потягивал не коктейль через трубочку-соломинку, а макал кончик языка в дорогущий — будь он трижды проклят! — «Хеннесси»! Гулять так гулять, любить так любить, стрелять так стрелять — по выражению Александра Розенбаума…

Наконец на каком-то этапе долгого разговора мадам не выдержала и, наклонившись к Лидии больше, чем, возможно, была необходимость, что-то сказала, имея в виду определенно Филю, уже нахально не сводившего с нее страстного взгляда.

Лида удивленно обернулась и…

Филипп кинулся ей на помощь и изобразил на лице такую смесь изумления, восторга и отчасти разочарования, что не позвать его к себе было бы просто преступлением.

Филя не стал торопиться, пусть выговорится. Она ведь должна объяснить даме, кто он такой. Забрав свой бокал, он небрежно прихватил от соседнего столика свободный стул и, поставив чуть ближе к Юлии, нежели к Лидии, элегантно подсел к ним.

— Вы меня должны простить, Лидия Валентиновна, — с некоторым напряжением в голосе начал он. — Никак не ожидал здесь вас увидеть… — Его оправдания имели конечным адресом совсем не Лидию, а исключительно Юлию Марковну, которая и должна была немедленно это понять и почувствовать. — После нашего разговора я был уверен… — Он не договорил, потому что Лидия перебила его.

— А где же Юрий Петрович? — спросила с подозрением.

— Шеф укладывает чемодан, — сострил он, — ему теперь не до меня. Ну вы же знаете? Извините, мне как-то не очень ловко… Я, похоже, прервал вашу беседу? Филипп Кузьмич. — Он чуть привстал, как бы желая и в то же время опасаясь первым протянуть руку Юлии Марковне. — Вы не представите мне вашу… приятельницу, Лидия Валентиновна?

— Юлия Марковна, — с недовольным видом произнесла Лидия и отхлебнула из стакана, вынув из него соломку.