Elden Ring: Своя концовка

Прогремел раскат грома столь сильный, что у невольных наблюдателей заложило уши. На месте взрыва навеки остался огромный след от прилетевшего громового копья.

Мелина застыла, с откровенным ужасом уставившись на последствия действий Погасшего. Глаза Ренни и Селлены загорелись.

— Вот как, — задумчиво сложила руки полубогиня. — Значит, мы были правы.

До этого дувшаяся полубогиня мигом подобрела и даже атмосфера вокруг неё стала заметно ласковее.

— Интересно, на что он ещё способен… — сощурилась миниатюрная иллюзия чародейки.

Да так сощурилась, что лунная полубогиня и фальшивая служанка Пальцев мигом придавили Селлену взглядом.

— Ну вы и фрукты, я не собираюсь делать ничего плохого, — возмущённо пробурчала женщина.

Что Ренни, что Мелина едва слышно фыркнули.

Лунная полубогиня начала жалеть, что решила воспользоваться столь неоднозначной фигурой. Оказалось, что она серьёзно недооценила боеспособность своего слуги.

Впрочем.

На призрачное лицо полубогини вылезла слабая довольная улыбка, глаза засияли нешуточным любопытством и надеждой: с таким слугой её шансы на успех становились больше!

Ренни, захватив с собой явно недовольную своим положением миниатюрную Селлену, исчезла во вспышке звёзд.

«Как мне защитить моего Погасшего от влияния этих подлых женщин?..»

Мелина прикусила губу, возвращая свой взгляд на Нефели и альбинорку.

Женщин. Их становилось в округе как-то пугающе много.

Подобной демонстрации хватило как Нефели, так и альбинорке. Спорить с превосходством казуального хардкорщика было не просто глупо — это было бессмысленно. По крайней мере, если ты не тру-хардкорщик, готовый терпеть сотни смертей, чтобы снести боссу половину здоровья и завыть от отчаяния при виде его перехода на вторую фазу.

— Я благодарна тебе, — вздохнула Нефели.

Константин стал суров как никогда. Со всей возможной искренностью он дал единственный совет, который ему давали бесчисленные трайхардеры до него:

— Git gud(73).

Нефели глупо моргнула.

Честно говоря, она немного подзабыла, что Погасший перед ней в обмен на всю свою силу отдал нечто равноценное.

Конечно, сила требовала платы.