По всем вопросам обращайтесь в дракона!

– А как я узнаю, который куда?

– Там написано!

– По-гномьи!

– Я тебе еще и переводчиком должен работать?!

Мда… похоже, с этим сотрудником каши не сваришь. Но контакт-то как-то налаживать надо! Раз уж нам все равно работать вместе.

– Многоуважаемый джинн, – начала я. – А можно узнать ваше имя?

Коротышка смерил меня долгим взглядом, а потом вдруг усмехнулся.

– Ты смотри – вежливая! Молодец. С джиннами обычно не церемонятся. И наши имена никого не интересуют. Всем сразу подавай счет в банке и влюбленного лорда ректора.

Желания загадывать не будешь?

Я мотнула головой.

– Исключительно в рамках трудового договора!

– Молодец, – хмыкнул джинн. – И правильно. Все равно я приворотов не делаю. Малик я. Можешь меня так и звать. И завязывай выкать, у джиннов это не принято. Я единственный и неповторимый!

Я улыбнулась. Есть контакт!

– Как скажешь, Малик. Так чем ты занимаешься, если все документы отправляются через ящики?

Малик пожал плечами.

– Часто надо передать что-то кому-нибудь из преподавателей. Или вызвать студента на ковер.

Или срочно добыть какую-то информацию…

– О! Информацию! – я потерла руки и, оценив настороженный взгляд мелкого джинна, тут же добавила. – Исключительно для служебного пользования!

В конце концов, раз начальство страшно занято, а должностной инструкции нет, мне в самом деле срочно нужно очень много информации. Например, кто есть кто и где здесь что. Наверняка личный джинн-курьер куда эффективнее метода научного тыка!

*

В конечном счете мой первый рабочий день прошел на удивление продуктивно.

Малик провел для меня экскурсию по приемной и окрестностям, рассказал кое-что о преподавателях и даже немного помог с сортировкой документации, так что к вечеру ее гора изрядно поредела. Джинн все время бурчал, что я использую его в личных целях, но, по-моему, и сам был рад хоть такому развлечению. Скучно ему, наверное, целыми днями в лампе сидеть.

Как ни странно, знание делопроизводства, принесенное из другого мира, немало мне пригодилось. Главное – понимать принцип, а точные формулировки и принятые правила оформления можно подсмотреть и в старых бумагах, которых тоже нашлось немало.

Наверняка и стенография пригодится – а что пишу я русской скорописью, никого волновать не должно, я-то свои записи всегда пойму.

Над моим столом обнаружился колокольчик – никакой веревки к нему привязано не было, но звонить он начинал, когда шеф хотел вызвать меня к себе. Правда, сегодня он вызывал меня снова всего раз – чтобы еще раз сварить кофе.