По всем вопросам обращайтесь в дракона!

– И, например, с драконьей… матерью?

– А как же! – я снова гордо выпятила грудь, и взгляд мужчины опять застрял где-то в моем декольте. Ч-черт, надо завязывать с этой привычкой… это в прошлой жизни у меня был минус первый размер – топырь его сколько хочешь, а с нынешним богатством как-то… чревато. – Найду общий язык с кем угодно. Всех выставлю, никого не пущу.

– Подходит, – кивнул мужчина. – Испытательный срок – месяц. Но если вам снова захочется протереть пыль, держите себя в руках!

– Безусловно! – я преданно уставилась на лорда, и тот закатил глаза с видом «во что я ввязываюсь».

Я принята! Йи-ху!!

Глава вторая. Попаданство с подвохом

Инна-Иллиана

С домиком мне повезло – хотя вставать теперь придется ну очень рано, чтобы вовремя успеть на работу. Сам-то он расположен на окраине города и совсем недалеко от территории академии. Но уж очень велика эта территория – так что выходить надо сильно заранее и рысить по ней бешеным кроликом.

Вообще-то большинство преподавателей и сотрудников как раз по этой причине жили при академии.

И все-таки с домиком мне повезло. Во-первых, он удачно расположен, а арендовать мансарду удалось совсем недорого. А во-вторых – его хозяйка как раз искала не только квартирантов, но и работу… и каким-то немыслимым образом мгновенно нашла общий язык с Лелькой.

– Я дома! – завопила я, едва переступив порог.

Дедуктивный метод привел меня на кухню – и не подвел: Лелька, по уши перемазанная в муке, увлеченно лепила из теста какое-то кривобокое чудище.

– Я дома, – повторила я, разглядывая свое чумазое сокровище.

С секунду Лелька смотрела на меня ничего не выражающими глазами. И только потом, вспомнив, уже без сомнений кинулась мне на шею.

– Ма-ама!

Ребенок до сих пор никак не привыкнет до конца к тому, как я теперь выгляжу. Сама-то она осталась прежней. Это ужасно странно, но теперь мы с ней в каком-то смысле принадлежим к разным видам. Более того – в каком-то смысле мы теперь даже не кровные родственницы. Да и я, пожалуй, слишком юна, чтобы быть ее матерью. Но кому какое дело до этого? Лелька – моя дочь, и кроме меня, у нее нет никого ни в одном из миров.