Гейша

Пока Бирюков с шурином плутали в хитросплетении московских дворов и улиц в поисках нужного дома, наступила ночь.

— Кажется, здесь, — неуверенно произнес Илья, глядя из машины на широкие ворота в глухом заборе, из-за которого выглядывали густые кроны деревьев. — Больше негде, мы всю Радужную проехали взад-вперед три раза. Может, спросим у кого-нибудь для верности? — предложил он просто ради того, чтобы оттянуть неприятный момент, но Бирюков отрицательно покачал головой:

— У кого тут спросишь? Ни одного человека поблизости, как вымерло… Ну что? Я пошел?

— Погоди, скажи сначала, что ты собираешься делать? Как ты туда залезешь? Не через забор же?

— А почему не через забор? Подсоби перелезть, раз уж вызвался помогать.

Шурин хотел сказать, что он вообще-то никуда не вызывался, а просто согласился посидеть в машине, подождать, чем кончится авантюра тверского родственника, но промолчал. Они вылезли из машины, подошли к воротам дома.

— Там у них будка с охраной, — определил Илья.

— Где? — шепотом переспросил тверской зять.

— Видишь видеокамеру над воротами? Вон огонек красный светится? А будка там, за воротами, на въезде.

— Я думал, это голубятня, — признался Бирюков, вглядываясь в неприметную зеленую будку, стоящую на сваях, как жилище аборигенов.

— Ага, жди! — насмешливо ответил Илья.

От ворот к дому Осепьяна уходила асфальтированная аллея, с обеих сторон обсаженная невысокими голубыми елочками. Над воротами горел яркий фонарь, освещая пространство перед видеокамерой.

— Пошли скорей, пока охранники на нас внимания не обратили, — посоветовал Илья.

— А вон, посмотри, если незаметно пробраться за елками и залезть во-о на ту крышу…

Действительно, в глубине аллеи, справа, возле дома, виднелась небольшая пристройка с пологой крышей.

— Если на нее забраться, то можно и в дом…

— Ладно, — задумчиво проговорил Бирюков, — пойдем пока…

Они медленно прошли вдоль по тротуару мимо ворот особняка.

Перед памятником неизвестному деятелю тротуар сворачивал влево и огибал клумбу. Бирюков и шурин Илья не пошли дальше по тротуару, а свернули в кусты и, стараясь держаться тонкой межи, отделяющей ограду особняка Осепьяна от бордюра цветочной клумбы, потопали вдоль забора, ища подходящее место для проникновения.

Забор завел их в тупик. Вскоре они уперлись в высокую ограду из металлической сетки, которую сразу не заметили из-за разросшейся зелени.